БИБЛИЯ, КОРАН И НАУКА
 
Евангелие от Иоанна

Евангелие от Иоанна коренным образом отличается от трех других. Это отличие так значительно, что отец Роге в своей книге "Посвящение в Евангелие", прокомментировав первые три, весьма оригинально высказывается о четвертом. Он называет его "иным миром". Это воистину уникальная Книга. Она — иная во всем. В выборе и методе подачи тематики, описаний, речевых оборотов, в стилистике, географии и хронологии событий... В ней чувствуются даже иные теологические воззрения (О.Кульманн). Поэтому Иисус говорит у Иоанна не такими словами и фразами, как у других евангелистов. Отец Роге замечает на этот счет, что если в синоптических Евангелиях стилистика слов Иисуса "удивительна и гораздо ближе к устной речи", то у Иоанна Иисус как бы размышляет вслух. При этом "иногда удивляешься, — пишет отец Роге, — то ли все еще говорит сам Иисус, то ли с его уст слетают его же идеи, но уже в собственной обработке евангелиста, после которой эти идеи приобретают еще больший размах".
Кем был автор? Этот вопрос вызывает очень много споров, и на этот счет высказываются чрезвычайно различные мнения.
А.Трико и отец Роге принадлежат к лагерю, в котором не имеется ни малейших сомнений насчет того, что Евангелие от Иоанна — это труд, написанный свидетелем событий и что автором его является сам Иоанн, сын Зеведеев, брат Якова. В трудах, рассчитанных на массового читателя, об этом Апостоле рассказывается много подробностей. На иконах его повсюду изображают рядом с Иисусом. Кто мог бы после этого представить себе, что Евангелие от Иоанна не написано самим Иоанном, Апостолом, образ которого так знаком всем?
Факт позднего написания четвертого Евангелия не является серьезным доводом против такой точки зрения. Окончательный вариант, возможно, был написан где-то в конце первого века н.э. Датирование его написания шестьюдесятью годами после Иисуса вполне нормально для этого Апостола, который во времена Иисуса был очень молод и который к тому же прожил почти сотню лет.
Исследуя такой момент, как Воскресение Христа, отец Канненгиссер приходит к выводу о том, что никто из авторов Нового Завета, кроме Павла, не вправе утверждать, что был свидетелем Воскресения Христа. И все же Иоанн поведал о Явлении Иисуса собранию Апостолов, где был и он, а не было лишь Фомы (20: 19-24). А затем — о Явлении Христа восемь дней спустя, когда Апостолы присутствовали все до одного (20: 25-29). О.Кульманн в своей работе "Новый Завет" не поддерживает эту точку зрения.
В комментарии к Экуменическому переводу Библии утверждается: большинство аналитиков отвергают гипотезу о том, что это Евангелие было написано Иоанном, хотя полностью такую возможность исключить нельзя. Однако есть все основания считать, что текст (в том виде, в котором он дошел до нас) был написан несколькими авторами. В комментарии, в частности, сказано: "Возможно, Евангелие в том виде, в каком оно существует поныне, было введено в обращение учениками автора, добавившими к нему главу 21, а также, что весьма вероятно, несколько примечаний (4: 2 и, возможно, 4: 1; 4: 44; 7: 37б; 11: 2; 19: 35). Относительно же истории о женщине-прелюбодейке (8: 3-11) ни у кого не вызывает сомнений, что это — фрагмент неизвестного происхождения, вставленный позже (но при этом принадлежащий к одному из канонических Писаний)". Отрывок (19: 35) представляет собой как бы и "подпись очевидца" (О.Кульманн). Это единственная не оставляющая сомнений "подпись" человека, видевшего то, о чем повествуется. Но комментаторы считают, что отрывок (19: 35), скорее всего, тоже был добавлен позже.
О.Кульманн не сомневается в очевидности более поздних добавлений, внесенных в Евангелие от Иоанна — таких, как глава 21, возможно, представляющая собой работу "одного из учеников, который вполне мог внести незначительные изменения в основной текст Евангелия".
Нет необходимости перечислять все гипотезы, выдвинутые экспертами экзегезиса. Приведенных здесь замечаний, сделанных самыми выдающимися Христианскими писателями по поводу четвертого Евангелия, достаточно для того, чтобы показать, какая путаница царит в вопросе, касающемся его авторства.
Историческая ценность повествований Иоанна серьезно оспаривается. Нельзя не заметить расхождение между ним и остальными тремя Евангелиями. О.Кульманн предлагает этому объяснение: он усматривает у Иоанна теологические воззрения, отличные от других евангелистов. Этот фактор "обусловливает отбор автором определенных историй из всей совокупности записанных, как, впрочем, и сам метод их воспроизведения. Так, автор часто удлиняет строки и заставляет исторического Иисуса говорить то, что поведал ему Откровением Сам Святой Дух". В этом О.Кульманн и видит причину расхождений.
Нет ничего необычного в том, что Иоанн, писавший после остальных евангелистов, мог отбирать определенные истории, подходившие для пояснения его собственных теорий. Не следует удивляться также, что у Иоанна отсутствуют некоторые описания, содержащиеся в других Евангелиях. В Экуменическом переводе Библии приведено определенное число таких примеров (стр. 282). Пропуски описаний некоторых событий кажутся просто невероятными. Например, отсутствует описание повеления о Причастии. Немыслимо, чтобы эпизод, столь важный для Христианства, которому предстояло стать сердцевиной массовых религиозных служб, мог быть не упомянут именно Иоанном, самым глубокомысленным из евангелистов. Повествуя о Вечере, предшествующей Распятию, он ограничивается описанием омовения ног ученикам, а также предсказания предательства Иуды и отречения Петра.
Напротив, есть истории, характерные лишь для Иоанна, и отсутствующие у трех других авторов. О них тоже упомянуто в Экуменическом переводе Библии (стр.283). Можно прийти к выводу о том, что трое авторов не усмотрели в них той же важности, что и Иоанн. Сложно, однако, не растеряться, найдя у Иоанна описание Явления восставшего из мертвых Иисуса своим ученикам возле Тивериадского озера (Иоанн, 21: 1-14). Ведь это описание — ни что иное, как воспроизведение (с многочисленными добавлениями) необыкновенного лова рыбы, который в Евангелии от Луки помещен как эпизод из жизни Иисуса. В описании Луки чувствуется намек на присутствие Апостола Иоанна, который по преданию был евангелистом. Поскольку ни у кого нет сомнений в том, что это описание, приведенное в Евангелии от Иоанна и составляющее часть главы 21, было добавлено позже, логично напрашивается вывод о том, что упоминание в Евангелии от Луки имени Иоанна привело к его упоминанию и в четвертом Евангелии.
Нужда трансформировать описание события из жизни Иисуса в иное событие, случившееся уже после его Земной смерти, еще раз подтверждает факт манипуляций с текстами Евангелий.
Другой важный момент, по которому Евангелие от Иоанна отличается от трех остальных, — продолжительность миссии Христа. Марк, Матфей и Лука указывают период в один год. Иоанн же продлевает его до двух лет. Об этом пишет О.Кульманн. А в Экуменическом переводе Библии по этому же поводу сказано следующее:
"В синоптических Евангелиях описывается долгий период пребывания в Галилее, за которым последовал более или менее продолжительный переход в Иудею, и, наконец, краткое пребывание в Иерусалиме (1: 19-51; 2: 13 — 3: 36; 5: 1-47; 14: 20-31). Иоанн же упоминает несколько празднований Пасхи (2: 13; 5: 1; 6: 4; 11: 55), откуда следует, что служение Иисуса продолжалось более двух лет".
Кому же из них тогда верить — Марку, Матфею, Луке или Иоанну?

Источники Евангелий

Общие сведения о Евангелиях, приводимые в данной главе, как и выводы из критического анализа текстов, наводят на мысль, что эти литературные произведения "разрознены, построены по плану, не предполагающему непрерывности событий", а еще — страдают "противоречиями, которые, по-видимому, непреодолимы". Это выдержки из суждения, вынесенного о Евангелиях комментаторами Экуменического перевода Библии. Здесь особенно важна ссылка на их авторитет, поскольку последствия оценки трудов, подобных Евангелиям, играют исключительно серьезную роль. Мы уже увидели, каким образом несколько замечаний, касающихся истории религии в период написания Евангелий, помогли объяснить некоторые сомнительные аспекты, очевидные для любого мыслящего читателя. Необходимо, однако, продолжить этот разговор и посмотреть, что мы можем узнать из современных работ о тех источниках, на которые опирались евангелисты при написании своих текстов. Здесь, с учетом внесенных в Евангелия изменений и дополнений, мы можем попытаться объяснить некоторые проблемы, возникающие при чтении Евангелий в наши дни.
Во времена отцов Церкви проблема источников решалась очень просто. В ранние годы Христианства единственным источником было то Евангелие, полные рукописи которого появились первыми — это Евангелие от Матфея. Проблема источников касается лишь Марка и Луки, поскольку Иоанн являет собой совершенно отдельный случай. Святой Августин считал, что Марк, следующий вторым в традиционном порядке расположения Евангелий, был вдохновлен Матфеем и кратко пересказал его труд. Далее он высказал мнение о том, что Лука, рукопись которого появилась третьей, заимствовал данные обоих своих предшественников — это следует и из его пролога, о котором уже говорилось.
Эксперты экзегезиса того времени, как и мы теперь, смогли оценить степень соответствия между текстами и обнаружили большое количество стихов, общих как для двух из трех, так и для всех трех синоптических Евангелий. Вот какие данные предоставляют комментаторы Экуменического перевода Библии:

количество стихов, общих для трех синоптических Евангелий 330
количество стихов, совпадающих у Марка и Матфея 178
количество стихов, совпадающих у Марка и Луки 100
количество стихов, совпадающих у Матфея и Луки 230
количество стихов, уникальных для каждого из первых трех Евангелий: от Матфея — 330
от Марка — 53
от Луки — 500

Период от окончания эпохи отцов Церкви до самого конца восемнадцатого века н.э. не был отмечен постановкой каких-либо новых проблем, касающихся источников, которыми пользовались евангелисты. Люди по старинке продолжали верить всему сказанному на этот счет. Лишь с наступлением новейшего периода истории использование таких данных помогло понять, каким образом каждый евангелист воспользовался материалом, имеющимся у остальных и, руководствуясь своими личными воззрениями, сложил из него свое собственное повествование. Евангелисты придавали огромное значение процессу "собирания" материала для повествования. Материал поступал к ним из устной традиции тех общин, в которых он возник, а также из письменных источников на арамейском языке, которые впоследствии были безвозвратно утеряны. Такой письменный источник мог представлять собой единое целое или разбросанные фрагменты разных повествований, использовавшиеся каждым из евангелистов в целях создания собственного оригинального труда.
Интенсивные исследования на протяжении последних ста лет привели к возникновению более углубленных теорий, которые со временем еще более усложняются. Первая из современных теорий — так называемая "Теория двух источников Хольцмана" ("Holtzmann Two Sources Theory"), возникшая в 1863г. О.Кульманн и комментаторы Экуменического перевода Библии объясняют, что согласно этой теории Матфея и Луку мог вдохновить на написание Евангелий во-первых Марк, а во-вторых документ, который был с тех пор утерян. В дальнейшем же Матфей и Лука пользовались своими собственными источниками. В результате мы получаем следующую диаграмму:
О.Кульманн подвергает эту теорию критике по следующим моментам:

1. Труд Марка, которым пользовались и Лука, и Матфей, вероятно, являлся не Евангелием от Марка, как таковым, а одним из более ранних его вариантов.

2. В диаграмме должным образом не отражена роль устной традиции. А она, по-видимому, сыграла первостепенную роль, поскольку на протяжении тридцати или сорока лет представляла собой единственный источник, сохранивший слова Иисуса и описания событий, имевших место в период исполнения им своей пророческой миссии. Ведь каждый из евангелистов, записывая устную традицию, выступал лишь представителем той Христианской общины, где она возникла.

Таким образом, можно заключить, что дошедшие до наших дней Евангелия отражают то, что было известно в ранних Христианских общинах о жизни и пророческом служении Иисуса. В них, как в зеркале, отразились верования и теологические представления, царившие внутри этих общин, от имени которых выступали евангелисты.
Самые последние критические исследования текстов Евангелий, посвященные проблеме их источников, однозначно указали на то, что процесс формирования текстов был еще более сложным, чем думалось. Отцы Бенуа и Буасмар, профессора Библейской школы в Иерусалиме (1972-1973) в своей книге под названием "Синопсис Четырех Евангелий" ("Synopse des quatres Evangiles") указывают, что тексты Евангелий претерпели эволюцию, этапы которой совпадали с этапами эволюции традиций. Отсюда и выводы, сделанные отцом Бенуа во вступительном разделе, предваряющем часть работы отца Буасмара. Вот они:
"...используемые при описании событий формулировки и построения фраз, возникшие как результат длительной эволюции традиции, отличны от тех, которые присутствовали в самых первоначальных вариантах Евангелий. Некоторые читатели этой работы, возможно, будут удивлены или смущены, узнав, что они звучали не так, как мы читаем их сегодня, что они были изменены и переписаны теми, кто нам их передавал. Это может вызвать изумление или даже шок у тех, кто не привык к подобного рода историческим расследованиям".
Внесение поправок и изменений в тексты теми, кто передавал их нам, делалось способом, который отец Буасмар разъясняет в очень сложной диаграмме. Она развивает "теорию двух источников", являющуюся результатом анализа и сравнения текстов, который невозможно полностью изложить на страницах данной книги. Читатели, пожелавшие более глубоко вникнуть в его тонкости, могут обратиться к тесту этого труда, изданного в Les Editions du Cerf, Париж.
На диаграмме из этого труда под буквами А, Б, В, Г значатся первичные источники Евангелий. Документ "А" происходит из Иудео-Христианского источника. Он вдохновил на написание Евангелий Матфея и Марка. Документ "Б" представляет собой реинтерпретацию документа "А", сделанную в целях использования его в тех Христианских церквях, где прихожанами были бывшие язычники. Этот документ вдохновлял на написание Евангелий всех, кроме Матфея. Документ "В" вдохновлял Марка, Луку и Иоанна. Документ "Г" содержит в себе большинство источников, которыми пользовались и Матфей, и Лука. По "теории двух источников" — это "общий документ".
Причем ни один из этих основополагающих документов не привел к выработке окончательных текстов в том виде, в каком они известны сегодня. Между ними и последним вариантом были еще промежуточные варианты Евангелий. Этим четырем промежуточным документам предстояло привести к рождению окончательных вариантов четырех основных Евангелий, а также вдохновить рождение окончательных вариантов других Евангелий. Достаточно обратиться к диаграмме, чтобы увидеть всю запутанность связей между документами, которые удалось установить ее автору.
Результаты этого исследования Писаний играют огромную роль. Они свидетельствуют, что, оказывается, тексты Евангелий имеют не только свою историю (о которой разговор пойдет позже), но и "предысторию", выражаясь термином отца Буасмара. Это подразумевает, что появлению окончательных вариантов предшествовали изменения, вносимые на промежуточных этапах их формирования. Очевидно именно поэтому получилось, что такое хорошо известное событие из жизни Иисуса, как чудодейственная ловля рыбы, у Луки показано как произошедшее при его жизни, а у Иоанна — как одно из его Явлений уже после его Воскресения.
Из сказанного выше следует вывод: читая Евангелие, мы уже больше не можем быть уверены в том, что читаем слова Иисуса. Отец Бенуа обращается к читателям Евангелий, предупреждая и одновременно успокаивая: "Будучи не единожды обязан отбрасывать мысль о том, что он непосредственно слышит голос Иисуса, читатель все же слышит голос Церкви и полагается на нее, как на уполномоченного Богом истолкователя слов Учителя, говорившего с людьми на этой Земле столь долгое время назад, а сейчас говорящего с нами во славе своей".
Как можно примирить это официальное заявление о недостоверности определенных текстов с положением догмата Второго Ватиканского Собора о Божественном Откровении, уверяющего нас в обратном — в верной передаче слов Иисуса: "Она (Церковь) в любой момент готова подтвердить, что эти четыре Евангелия исторически достоверны, правильно передают то, что Иисус, сын Божий, совершал сам и какое учение он преподавал людям при жизни ради их вечного спасения, вплоть до того самого дня, когда он был принят на Небеса"?
Вполне очевидно, что работа, сделанная учеными Библейской школы в Иерусалиме, прямо противоречит декларации Второго Ватиканского Собора.

М.-Е.Буасмар

Синопсис четырех Евангелий


Общая диаграмма


Документы А, Б, В, Г — первичные источники, использованные при составлении текстов.

История текстов

Было бы ошибочно думать, что Евангелия сразу стали основополагающими Писаниями новорожденного Христианства, и что люди начали обращаться к ним так же, как они обращались к Ветхому Завету. В те времена первейшим авторитетом были устные предания, как носители слов, сказанных Иисусом, а также как носители учения Апостолов. Первыми появившимися в ходу Писаниями стали послания Павла, написанные несколькими десятилетиями ранее и пользовавшиеся наивысшим авторитетом задолго до Евангелий.
Уже было показано, что до 140г. н.э. не было свидетелей, которые могли бы подтвердить факт существования собраний Евангелий, хотя некоторые комментаторы и поныне продолжают писать об обратном. Четыре Евангелия, о которых шла речь, обрели статус канонической литературы лишь приблизительно в 170г. н.э.
В первые дни Христианства ходило много Писаний об Иисусе. Впоследствии они были признаны недостоверными и Церковь приказала упрятать их. Отсюда и появилось их название — "апокрифы". Некоторые из подобных работ прекрасно сохранились, поскольку — процитируем сказанное в Экуменическом переводе Библии — "им пошло на пользу то, что с ними считались". Это касается, например, послания Варнавы. Однако, к сожалению, были среди таких Писаний и "зверски выброшенные", от которых сохранились лишь фрагменты. Неканонические Евангелия считались носителями вымысла и убирались подальше с глаз верующих. Но работы, подобные Назарейским, Еврейским и Египетским Евангелиям (Les Evangiles des Nazarйens, Les Evangiles des Hйbreux, Les Evangiles des Egyptiens — Gospels of Nazarenes, Gospels of Hebrews, Gospels of Egyptians) были тесно связаны с каноническими Евангелиями. То же самое можно сказать и о Евангелиях от Фомы и Варнавы.
В некоторых из этих апокрифических Писаний присутствуют детали, представляющие собой чистейший плод людского воображения. Авторы работ, посвященных апокрифам, с явным удовольствием цитируют отрывки из них — в буквальном смысле смешные.
Но подобные отрывки вполне можно отыскать во всех Евангелиях. Здесь стоит вспомнить описание событий, разыгрывающихся в воображении Матфея, якобы имевших место после смерти Иисуса. Во всех ранних Писаниях Христианства можно найти подобные несерьезные места: необходимо с достаточной честностью это признать.
Изобилие литературы об Иисусе побудило церковников некоторым образом "сократить" ее. Это было сделано, когда Церковь пребывала в процессе формирования. Таким образом было изъято из обращения около сотни Евангелий. И лишь четыре были внесены в официальный перечень новозаветных Писаний, составляющих то, что охватывается термином "Канон".
В середине второго века н.э. сильное давление на церковные власти в этом направлении оказал Марцион из Синопа. Он был яростным врагом евреев и потому отвергал весь Ветхий Завет. А вместе с ним — все те места в Писаниях, возникших после Иисуса, которые показались ему слишком близкими к Ветхому Завету или берущими свое начало в Иудео-Христианской традиции. Марцион признавал лишь Евангелие от Луки, ибо считал Луку выразителем мыслей самого Павла и его Писаний.
Церковь объявила Марциона еретиком и внесла в Канон все послания Павла, а также Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Канон был дополнен и несколькими другими трудами, такими, как Деяния Апостолов.
И все же в течение первых веков Христианства этот официальный перечень менялся. Некоторое время в нем значились труды, которые были позже сочтены недействительными (т.е. апокрифами). А труды, которые сейчас включены в канонический Новый Завет, в те времена были из него исключены. Подобные колебания длились до проведения Соборов 393г. (Hippo Regius) и 397г. (Carthage). Однако четыре Евангелия всегда фигурировали в нем.
Что же, можно вместе с отцом Буасмаром искренне сожалеть об исчезновении огромного количества литературных произведений, которые Церковь объявила апокрифическими: они представляют большую историческую ценность. Отец Буасмар отводит им место в своей книге "Синопсис четырех Евангелий" рядом с официальными Евангелиями. Он замечает, что к концу четвертого века н.э. эти Книги все еще хранились в библиотеках.
Это был век, когда многое серьезно упорядочилось в Христианской литературе. Именно этим веком датируются старейшие полные рукописи Евангелий. Более ранние документы, т.е. папирусы третьего века н.э., а один, возможно, и второго века, — передают нам лишь фрагменты. Две старейшие пергаментные рукописи написаны по-гречески, они датированы четвертым веком н.э. Это Codex Vaticanus, хранящийся в библиотеке Ватикана, место находки которого неизвестно, и Codex Sinaiticus, найденный на горе Синай и в настоящее время хранящийся в Британском музее в Лондоне. В Codex Sinaiticus содержатся два апокрифических труда.
Согласно Экуменическому переводу Библии, во всем мире существует двести двадцать других известных пергаментов, последний из которых датирован одиннадцатым веком н.э. Однако, "не все дошедшие до нас экземпляры Нового Завета идентичны. Напротив, между ними нетрудно заметить различия, причем различия эти касаются разных аспектов, а потому неодинаково влияют на текст. Некоторые из них — это лишь различия в грамматике написания, употреблении тех или иных слов, либо порядке их расположения. Однако в самых разных местах можно увидеть и такие различия между рукописями, которые влияют на смысл целых отрывков текста". Если кто-либо пожелает увидеть степень различий между текстами, ему достаточно будет просмотреть "Novum Testamentum Graece"[46]. Эта работа содержит в себе так называемый "усредненный" греческий текст. Этот синтетический текст снабжен замечаниями, указывающими на все отклонения, имеющие место в различных вариантах.
Достоверность какого-либо текста, пусть это будет даже самый почитаемый пергамент, всегда возбуждает споры. Прекрасным примером этому является Сodex Vaticanus. Репринтное издание этого труда, сделанное в Ватикане в 1965 году, снабжено сопроводительной заметкой редакторов, в которой сообщается, что через несколько веков после того, как Сodex Vaticanus переписали (считается, что это было приблизительно в десятом-одиннадцатом веках) один из книжников навел чернилами все буквы кроме тех, которые, как он считал, были ошибкой. В тексте есть места, где все еще просматриваются буквы, бывшие в первоначальном варианте, и их светло-коричневый цвет заметно контрастирует с остальным текстом темно-коричневого цвета. Нет никакого свидетельства, что текст был таким образом переделан верно. Далее в заметке утверждается, что "еще до конца не установлено, сколько рук на протяжении веков исправляло рукопись и снабжало ее примечаниями. Ряд правок несомненно был внесен при наведении текста чернилами". Во всех учебниках по религии этот текст преподносится как экземпляр, дошедший из четвертого века. Однако стоит обратиться к источникам в Ватикане и станет ясно, что в последующие века текст вполне мог исправляться самыми разными людьми.
Можно отметить, что для сравнительного анализа используются другие тексты, но как распознать те исправления, которые меняли смысл или суть написанного? Хорошо известно, что после того, как древние книжники вносили в текст правки, этот текст воспроизводился впоследствии уже в "правленном" виде. Далее мы увидим, каким образом одно-единственное слово в отрывке из Евангелия от Иоанна, где говорится об Утешителе, в корне меняет смысл и его суть. Вот что пишет по поводу различий О.Кульманн в своей книге "Новый Завет":
"Иногда различия бывают результатом невнимательности и небрежности: переписчик пропускает слово или наоборот, записывает его дважды, либо же по невниманию может оказаться пропущенным целый кусок текста или предложение, потому что в переписываемой рукописи это предложение находится между двумя одинаковыми словами. А иногда это является результатом преднамеренных правок, когда переписчик или позволяет себе такую вольность, как исправление текста сообразно своим собственными представлениям, или же он пытается привести его в соответствие с параллельным экземпляром текста, стремясь более или менее умело сократить количество разночтений. По мере того, как Писания Нового Завета мало-помалу начали обособляться от остальной литературы раннего Христианства и считаться Священным Писанием, переписчики становились все более и более осмотрительными и осторожными в допущении тех вольностей, которые свободно позволяли себе их предшественники: они думали, что переписывают достоверный текст, тогда как на самом деле переписывали то, что до них уже было изменено. И, наконец, иногда переписчик писал на полях примечания, чтобы пояснить место в тексте, смысл которого был неясен. Следующий переписчик, думая, что предложение на полях было исключено из текста его предшественником, считал необходимым включить замечание на полях в основной текст. Такой процесс зачастую еще более затуманивал смысл текста".
Часто книжники при переписке некоторых рукописей позволяли себе просто невероятные по масштабам вольности. Это имело место, например, с одной из наиболее почтенных рукописей, стоящей на третьем месте после двух Кодексов, о которых говорилось выше. А именно — с Codex Bezae Cantabrigiensis, датируемым шестым веком н.э. Книжник, возможно, заметил различие между генеалогией Иисуса по Матфею и по Луке, поэтому он "вписал" генеалогию по Матфею в экземпляр Евангелия от Луки, но, поскольку генеалогия по Матфею содержала в себе меньше имен, чем генеалогия по Луке, он неосновательно дополнил ее лишними именами, не упорядочив их.
Можно ли сказать, что переводы Евангелий на латинский язык, — такие, как Вульгата святого Иеронима, датируемая шестым веком, более старые переводы (например, Vetus Itala) или же переводы Сирийцев и Коптов более верны, чем экземпляры рукописей на греческом языке? Ведь могло быть и так, что они делались с рукописей, еще более древних, и рукописи эти впоследствии могли быть утеряны. Увы, этого мы не знаем.
Можно сгруппировать всю массу этих вариантов, где для каждой из групп будет характерен ряд общих черт. У О.Кульманна выделены такие группы:

· так называемый Сирийский текст, от которого могло произойти большинство старейших греческих рукописей. Благодаря книгопечатанию этот текст получил широкое распространение в Европе с шестнадцатого века и позже; специалисты утверждают, что это, возможно, худший из текстов;

· так называемый Западный текст, содержащий старые варианты перевода на латинский язык, а также Codex Bezae Cantabrigiensis, существующий и на греческом, и на латыни. Как явствует из Экуменического перевода Библии, одна из его черт — встречающиеся сплошь и рядом пояснения, парафразы, неточные сведения, а также элементы, призванные сгладить присутствующие в нем противоречия, "гармонизировать" его;

· так называемый нейтральный текст, содержащий Codex Vaticanus и Codex Sinaiticus, который, как утверждают, характеризуется действительно высокой степенью чистоты. На нем основаны современные издания Нового Завета, хотя и он не лишен изъянов как это констатирует Экуменический перевод Библии.

Все, чем здесь может помочь критический анализ текстов, так это попытка воссоздания такого текста, "который как можно ближе походит на оригинал. Что бы там ни было, но нет никакой надежды вернуться к самому первоначальному тексту" (Экуменический перевод Библии).

Евангелия и современная наука

В Евангелиях содержится не много мест, вступающих в противоречие с данными современной науки. Однако, прежде всего, там есть немалое количество описаний, повествующих о чудесах, едва ли поддающихся комментариям с точки зрения науки. Эти чудеса происходят как с людьми — исцеление больных (безумных, слепых, парализованных, прокаженных), воскрешение Лазаря, так и с чисто материальными явлениями, чудесность которых необъяснима с точки зрения законов природы (описание идущего по поверхности воды Иисуса, превращение воды в вино). Иногда явления природы обретают необычную окраску благодаря их мгновенности: мгновенное затихание бури, внезапное увядание фигового дерева, чудодейственный лов рыбы, когда вся находящаяся в озере рыба вдруг взяла и приплыла в то самое место, где были расставлены сети.
В ход всех этих событий вмешивается Своей всемогущей Властью Бог. Не нужно гадать, благодаря чему Он может все это вершить; если подходить к этому по человеческим меркам, это изумляет, но для Него здесь нет ничего особенного. Это, однако, ни в коей мере не означает, что верующему следует забыть о науке. Вера в Божественное чудо вполне совместима с верой в науку, так как первая имеет Божественное, а вторая — человеческое измерение. Лично мне очень хочется верить в то, что Иисус исцелил прокаженного, но я не могу принять на веру тот факт, что текст объявлен достоверным и Боговдохновенным, если в этом тексте утверждается: первого человека и Авраама разделяют только двадцать поколений людей. Об этом сказано в Евангелии от Луки (3: 23-28). Мы тут же видим причины, объясняющие, почему в тексте Евангелия от Луки, как и в тексте Ветхого Завета, эти сведения представлены как плод чистейшего человеческого воображения.
В Евангелиях (как и в Коране) нам дается одинаковое описание биологического происхождения Иисуса. Развитие Иисуса во чреве матери происходило в условиях, необъяснимых с точки зрения законов природы, обязательных для всех людей. Здесь яйцеклетке, зародившейся в яичнике матери, не потребовалось соединяться со сперматозоидом, который должен был поступить от отца, приведя к формированию зародыша, а затем и жизнеспособного младенца. Явление рождения нормального человека без акта оплодотворения с участием мужчины называется "парсеногенезис". Такой процесс можно при определенных условиях наблюдать у животных. То же самое происходит у различных видов насекомых, а также в некоторых случаях селекционного разведения птиц. К примеру, у некоторых самок кроликов можно опытным путем, без участия сперматозоида, получить только что развившийся из яйцеклетки зародыш, т.е. зародыш самой ранней стадии. Однако дальше так и не удалось продвинуться ни на шаг, и пример полного парсеногенезиса, будь то экспериментального или произошедшего естественным путем, науке неизвестен. Случай же Иисуса не имеет себе подобных. Мария была девственной матерью. Она сохранила свою девственность, и кроме Иисуса у нее не было других детей. Иисус — это исключение из биологических законов[47].

Генеалогии Иисуса

Две генеалогии, приводимые в Евангелиях от Матфея и от Луки, порождают проблемы правдоподобия и непротиворечия данным науки, а, значит, и проблемы достоверности. Это создает огромные неудобства для Христианских комментаторов — они отказываются видеть в генеалогиях очевидный плод человеческого воображения. Ведь гораздо ранее именно воображение уже вдохновило авторов Сасердотальского текста Книги Бытия (шестой век до н.э.) на составление генеалогий первых людей. Теперь же оно вдохновило Луку и Матфея, поместивших в своих Евангелиях данные, никак не связанные с теми, которые приведены в Ветхом Завете.
Сразу же необходимо заметить, что мужские генеалогии не имеют к Иисусу совершенно никакого отношения. Ведь, если цель заключается в том, чтобы привести генеалогию единственного сына Марии, не имевшего биологического отца, тогда это непременно должна была быть генеалогия его матери Марии.
Здесь приведены данные из текста переработанного стандартного варианта Библии издания 1952 года.
В Евангелии от Матфея генеалогия дана в самом начале текста:

"Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова.

Авраам родил Исаака
Исаак родил Иакова
Иаков родил Иуду и братьев его
Иуда родил Фареса и Зару от Фамари
Фарес родил Есрома
Есром родил Арама
Арам родил Аминадава
Аминадав родил Наассона
Наассон родил Салмона
Салмон родил Вооза от Рахавы
Вооз родил Овида от Руфи
Овид родил Иессея
Иессей родил Давида царя
Давид царь родил Соломона от бывшей за Уриею
Соломон родил Ровоама
Ровоам родил Авию
Авия родил Асу
Аса родил Иосафата
Иосафат родил Иорама
Иорам родил Озию
Озия родил Иоафама
Иоафам родил Ахаза
Ахаз родил Езекию
Езекия родил Манассию
Манассия родил Амона
Амон родил Иосию
Иосия родил Иехонию и братьев его[48] перед переселением в Вавилон
По переселении же в Вавилон:
Иехония родил Салафииля
Салафииль родил Зоровавеля
Зоровавель родил Авиуда
Авиуд родил Елиакима
Елиаким родил Азора
Азор родил Садока
Садок родил Ахима
Ахим родил Елиуда
Елиуд родил Елеазара
Елеазар родил Матфана
Матфан родил Иакова
Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от которой родился Иисус, называемый Христос.

Итак, всех родов от Авраама до Давида четырнадцать родов; и от Давида до переселения в Вавилон четырнадцать родов; и от переселения в Вавилон до Христа четырнадцать родов" (Матфей, 1: 1-17).
Генеалогия, приведенная Лукой (3: 23-38), отличается от приведенной Матфеем. Цитируемый ниже текст взят из переработанного стандартного варианта в Библии:
"Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати и был, как думали, сын Иосифов, Илиев, Матфатов, Левиин, Мелхиев, Ианнаев, Иосифов, Маттафиев, Амосов, Наумов, Еслимов, Наггеев, Маафов, Маттафиев, Семеиев, Иосифов, Иудин, Иоаннанов, Рисаев, Зоровавелев, Салафиилев, Нириев, Мелхиев, Аддиев, Косамов, Елмодамов, Иров, Иосиев, Елиезеров, Иоримов, Матфатов, Левиин, Симеонов, Иудин, Иосифов, Ионанов, Елиакимов, Мелеаев, Маинанов, Маттафаев, Нафанов, Давидов, Иессеев, Овидов, Воозов, Салмонов, Наассонов, Аминадавов, Админов[49], Арамов, Есромов, Фаресов, Иудин, Иаковлев, Исааков, Авраамов, Фаррин, Нахоров, Серухов, Рагавов, Фалеков, Еверов, Салин, Каинанов, Арфаксадов, Симов, Ноев, Ламехов, Мафусалов, Енохов, Иаредов, Малелеилов, Каинанов, Еносов, Сифов, Адамов, Божий".
Различия генеалогий становятся более понятны, если представить их в виде двух таблиц, в первой из которых указана генеалогия до Давида, а во второй — после него.

Генеалогии Иисуса:

По Евангелию от Матфея предками Иисуса были: По Евангелию от Луки Иисус, "как думали, сын" следующих родов:
1. Адамов
2. Сифов
3. Еносов
4. Каинанов
5. Малелеилов
6. Иаредов
7. Енохов
8. Мафусалов
9. Ламехов
10. Ноев
11. Симов
12. Арфаксадов
13. Каинанов
14. Салин
15. Еверов
16. Фалеков
17. Рагавов
18. Серухов
19. Нахоров
20. Фаррин
1. Авраам[50] 21. Авраамов
2. Исаак 22. Исааков
3. Иаков 23. Иаковлев
4. Иуда 24. Иудин
5. Фарес 25. Фаресов
По Евангелию от Матфея: По Евангелию от Луки:
6. Есром 26. Есромов
7. Арам 27. Арамов
28. Админов
8. Аминадав 29. Аминадавов
9. Наассон 30. Наассонов
10. Салмон 31. Салмонов
11. Вооз 32. Воозов
12. Овид 33. Овидов
13. Иессей 34. Иессеев
14. Давид 35. Давидов
Генеалогии Иисуса после Давида
14. Давид 35. Давидов
15. Соломон 36. Нафанов
16. Ровоам 37. Маттафаев
17. Авия 38. Маинанов
18. Аса 39. Мелеаев
19. Иосафат 40. Елиакимов
20. Иорам 41. Ионанов
21. Озия 42. Иосифов
22. Иоафам 43. Иудин
23. Ахаз 44. Симеонов
24. Езекия 45. Левиин
25. Манассия 46. Матфатов
26. Амон 47. Иоримов
27. Иосия 48. Елиезеров
28. Иехония 49. Иосиев[51]
50. Иров
По Евангелию от Матфея: По Евангелию от Луки:
По переселении же в Вавилон 51. Елмоданов
52. Косамов
29. Салафииль 53. Аддиев
30. Зоровавель 54. Мелхиев
31. Авиуд 55. Нириев
32. Елиаким 56. Салафиилев
33. Азор 57. Зоровавелев
34. Садок 58. Рисаев
35. Ахим 59. Иоаннанов
36. Елиуд 60. Иудин
37. Елеазар 61. Иосифов
38. Матфан 62. Семеиев
39. Иаков 63. Маттафиев
40. Иосиф 64. Маафов
41. Иисус 65. Наггеев
66. Еслимов
67. Наумов
68. Амосов
69. Маттафиев
70. Иосифов
71. Ианнаев
72. Мелхиев
73. Левиин
74. Матфатов
75. Илиев
76. Иосифов
77. Иисус



_________________________
[46] Nestle-Aland Pub. United Bible Societies, Лондон, 1971г.
[47] В Евангелиях иногда говорится о "братьях" и "сестрах" Иисуса (Матфей, 13: 46-50 и 54-58; Марк, 6: 1-6; Иоанн, 7: 3 и 2: 12). Используемые греческие слова adelphoi и adelphai, несомненно, означают биологических братьев и сестер; наиболее вероятно то, что эти слова появились в тексте как следствие неверного перевода исходных семитских слов, означающих "близкий кровный родственник". В нашем примере эти "братья" и "сестры" скорее всего были ему двоюродными братьями и сестрами.
[48] В каноническом тексте Библии на русском языке согласно Евангелию от Матфея, 1: 11, после Иосии следует Иоаким, а затем Иехония. — Прим. ред. рус. изд.
[49] В каноническом тексте Евангелия от Луки на русском языке это имя отсутствует. — Прим. ред. рус. изд.
[50] Матфей не упоминает никаких предков Иисуса до Авраама.
[51] В оригинале на французском языке — Jesus, в английском издании — Joshua. — Прим. ред. рус. изд.