Амираль Муминин Али ибн Аби Талиб (ДБМ)
 
Часть шестая

События после Нахравана и гибель Имама Али (ДБМ)

Глава первая

Разграбление, беспорядки и ужасное убийство

Битва при Нахраване закончилась полной победой Али (ДБМ) и его последователей. Пришло время Имаму, очистив войско от смутьянов, снова вернуть мир и покой в исламское государство, а для этого покончить с интригами Муавии и обманутых жителей Шама, так как вся смута и разврат исходили именно оттуда.

В Ираке у Муавии были шпионы, регулярно рассказывающие ему о происходящих событиях. Некоторые из них затаили давнюю злобу на Али (ДБМ), например, Аммарат бен Акаба, брат Валида бен Акабы. Двое этих братьев происходили из скверного семейства Омейядов. Имам нанёс этому роду большой урон, и те продолжали считать его своим врагом, особенно за то, что отец Валида был убит Али (ДБМ) в битве при Бадре. О Валиде в Коране есть аят, который называет его распутником (Комнаты, 6). Во время правления Усмана Али (ДБМ) наказал Валида плетью за употребление спиртного. Поэтому, нет ничего удивительного в том, что его брат Аммарат стал шпионом Муавии в Куфе, да и сам Валид, являющийся одним из приближённых Муавии, всячески противостоял Али (ДБМ).

В своём письме Муавии Аммарат рассказал о возникших в рядах войска Али (ДБМ) разногласиях, известил о битве при Нахраване, где Али (ДБМ) и его последователями были убиты некоторые чтецы Корана. Поэтому разногласия внутри армии достигли своего апогея. Аммарат послал письмо в Шам через путника. Прочитав письмо, Муавия поблагодарил обоих братьев, один из которых присутствовал, а другой отсутствовал[778].

Для Муавии настал подходящий момент для того, чтобы внушить страх, начать грабежи, убить последователей Имама. Так, посылая своих представителей в Хиджаз, Йемен и Ирак, он начал притеснять людей и, создавая беспорядки, убивая невинных и отбирая имущество у женщин и бедняков, не только удерживал Имама от мысли повторного овладения Шамом, но и практически хотел доказать, что центральное правление не способно защищать свои границы на тот момент.

Такие дьявольские поступки дали желаемые результаты. Посылая своих жестокосердных приспешников на земли, подчиненные Али (ДБМ), Муавия смог уничтожить тысячи людей. Эти преступники не жалели даже детей и женщин, позже мы расскажем, как они на глазах у всех отрезали головы двоим детям Убайдуллы бен Аббаса. Это одна из самых трагичных страниц истории правления Имама. Но это не означает, что Али (ДБМ) не предпринимал никаких мер для уничтожения врага. Но вокруг Имама осталось лишь немного людей, легкомысленных, ищущих лёгкой жизни и, что хуже всего, верящих досужим сплетням. Поэтому Имам не смог достичь своих высоких целей. Хроники в точности записали сведения об этих страшных нападениях, и мы здесь покажем ясную картину того, что Муавия пренебрег как исламскими принципами, так и человеческими чувствами.

1. Грабежи Даххака бен Кайса

Муавии стало известно, что Имам готов вернуться в Шам и возобновить битву. Муавия написал письма всем своим приспешникам и разослал их по всему Шаму, чтобы те прочитали их людям. Некоторые из жителей Шама приготовились отправиться в Ирак. Хабиб бен Муслима так обратился к ним: «Не выходите за пределы Сиффина, так как в этом месте мы победили врага». Но Амру Ас настаивал на том, чтобы Муавия со своим войском вошёл вглубь Ирака, так как это укрепило бы настрой войска Шама и унизило иракцев. Муавия согласился с ним, но сказал: «Люди Шама не готовы пересечь границы Сиффина». Обсуждение вопроса о местопребывании войска продолжалось до тех пор, пока неожиданно они не получили известие о том, что между Имамом и хариджитами произошла тяжёлая битва, что Имам, победив врага, велел людям отправиться в Шам, но те попросили передышки. Пришло ещё одно письмо от Аммарата бен Акаба бен Аби Муита, в котором тот рассказывал о возникновении разногласий среди последователей Али (ДБМ) и о том, что чтецы Корана и набожные люди его войска восстали против него. Завязалась тяжёлая битва, повстанцы были разбиты, но разногласия остались.

Тогда Муавия, отправляя 3-4 тысячи воинов во главе с Дахаком бен Кайсом Фихри, приказал им отправлялся в Куфу и разграбить общины, находящиеся в подчинении Имама. Он наказал Даххаку всё делать быстро: если утром он будет в одном городе, то в полдень того же дня – уже в другом, не останавливаться на одном месте, чтобы сразиться с кем-то, а продолжай свой путь.

Вскоре Даххак достиг деревни Саалабийа, где останавливались паломники, направлявшиеся в Мекку. Он ограбил паломников, а затем продолжил свой путь. Повстречав Амру бен Амиса, племянника Абдуллы бен Масуда, он убил его вместе с другими людьми.

Узнав о набеге Даххака, Али (ДБМ) выступил перед людьми с такой речью: «О, народ, чьи тела видны, но чей разум отсутствует в них, чьи предрассудки перемешались (в своем разнообразии), кем помыкают их правители! Ваш вождь подчиняется Аллаху, а вы не подчиняетесь Ему, вождь же сирийцев ослушивается Аллаха, но они подчиняются ему. Хотел бы я, клянусь Аллахом, чтобы Муавия поменялся со мной местами подобно обмену динара на дирхем, дабы забрал к себе десятерых из вас, но дал взамен одного из них! О, жители Куфы, видел я от вас три вещи и еще две: глухоту слышащих, немоту говорящих, и слепоту видящих. Не являете праведности в схватке, ни верного братства в годину напасти! Да иссохнут руки ваши! О, подобия верблюдов, чьи пастухи пропали! Все, собранные с одной стороны, разделяются с другой, клянусь Аллахом, вот что я мыслю о вас: если разгорится пламя войны, и разразится яростная сеча, вы убежите от сына Абу Талиба подобно беззащитной женщине. Истинно, я стою на прямом руководстве от Господа моего, и пути, предначертанном Пророком моим, и, поистине, я стою на ясной дороге, следуя по ней, как оно мне подобает»[779].

Закончив свою речь, Имам отправился в местечко Гарибайн. Там он собрал войско во главе с Худжром бен Ади и дал ему знамя. Отправившись в Самаву, он преследовал Даххака, и настиг его в местечке Тадаммор. Началась битва, со стороны врага было убито девятнадцать человек, а из войска Али (ДБМ) – лишь двое. Воспользовавшись темнотой ночи, Даххак бежал, утром от его отряда не осталось и следа. Во время бегства из Ирака у Даххака закончилась вода, так как потерялся верблюд, груженый водою. Но он попросил воды у местных жителей и смог утолить свою жажду. Имам оставил некоторые изречения по поводу набега Даххака, вот одно из них: «О люди, едины тела ваши, но различны помыслы ваши, речи ваши разрушают твердые камни, но поступки ваши навлекают врагов на вас!

Вы говорите на маджлисах: так-то и так-то, но как придет время сражаться, вы говорите: пропади пропадом! И не бывает отвечен призыв призывающего вас, и не отдохнет сердце строгого с вами. О, вы, должники, не желающие платить – просили вы меня об отсрочке, желая потянуть время. Но низость не одолеет унижения! И право не берется иначе как борьбой! Какой дом после вашего дома вы будете защищать? И с каким имамом после меня будете вы сражаться? Клянусь Аллахом, поистине заблуждается тот, кого вы ввели в заблуждение, и кто понадеялся с вами на успех, тот, клянусь Аллахом, впадет в еще большее разочарование, и кто бросит вас на врага, уподобится пустившему сломанные стрелы. И вот, клянусь Аллахом, стало так, что я более не верю вашим словам, не надеюсь на вашу помощь и не угрожаю вами врагам. Что за недуг поразил вас? И что за лекарство от него? Что за лечение вам надобно? Они же – люди, подобные вам! Чего же стоит речь без знания, и беспечность без благочестия, и жадность к неправедному?»[780]

Акил, брат Имама, узнав о бесчинствах Даххака, из Мекки прислал письмо Имаму, в котором выражал своё сочувствие. В конце письма он попросил Имама позволить ему вместе с детьми прибыть в Ирак, чтобы быть рядом с братом в печали и радости. «Так как, – писал он, – я не хочу оставаться в живых после Имама». В ответном письме брату Имам так описывает положение курайшитов и причинённое им зло: «Поистине, сегодня арабы настроились на битву с твоим братом, подобно тому, как ранее они сражались с Пророком. Они отвергли искренность твоего брата, забыли о его превосходстве и стали враждовать с ним. Они забыли о его достижениях в самые тяжёлые мгновения в период пророческой миссии и, в конце концов, направили на него бесчисленные войска»[781]. В этих словах Имам признаёт борьбу с Муавией продолжением борьбы Пророка Ислама (ДБАР) с Абу Суфьяном. В сущности, битва Ахзаб проявила себя в Сиффине под прикрытием мести за убийство Усмана.

2.Муавия посылает Бусра в Хиджаз и Йемен

Управление частью территории Йемена Имам отдал Убайдулле бен Аббасу, а другую часть, именовавшуюся Джанад, отдал Саиду бен Намрану. В центральной части Йемена жили люди, которые почитали Усмана и не желали подчиняться правлению Али (ДБМ), пользуясь любой возможностью восстать против него. Узнав о разногласиях в войске Имама, они выявили своё недовольство этим, изгнав Саида бен Намрана из Джанада. К этим людям присоединились те, кто, хоть и не разделял их мировоззрения, но не хотел платить налоги.

Саид бен Намран и Убайдулла бен Аббас известили Имама о начавшемся бунте. В Куфе Имам, посоветовавшись с йеменцем Йазидом бен Кайсом Араджи, решил, что напишет бунтовщикам письмо с наставлениями и призывами подчиниться центральной власти. Имам отправил послание через одного йеменца из общины Хамадан. Встав перед большим скоплением людей, гонец Имама прочитал послание. Тон письма был убедительным, но йеменцы обусловили своё подчинение отстранением Убайдуллы и Саида.

Со своей стороны йеменцы написали письмо Муавии и попросили его прислать представителя в Сану и Джанад, чтобы они могли присягнуть ему, если же наместник опоздает, было сказано в послании, они будут вынуждены присягнуть Али (ДБМ) и его советнику Йазиду Араджи.

Получив письмо от бунтовщиков, Муавия решил распространить свою незаконную власть на Хиджаз и Йемен. Он призвал к себе одного из самых безжалостных предводителей своего войска, Бусра бен Автата, и сказал ему: «Отправляйся в Хиджаз и Медину вместе с тремя тысячами воинов, и где бы ты ни встретил последователей Али (ДБМ), оскорбляй его самыми скверными словами. После этого призови их всех присягнуть мне и, пощадив смирившихся, убей тех, которые откажутся присягнуть. Где бы ты ни встретил последователей Али (ДБМ), убивай их».

Муавия осуществлял свои планы, оставаясь в Шаме, и, не сражаясь с Али (ДБМ) лицом к лицу, получал тот же результат. Он даже признал глупым предложение Валида бен Акабы, который рвался сразиться с Имамом лицом к лицу, назвал его недостаточно сведущим в ведении дел.

У ибн Аби-ал-Хадида по этому поводу есть примечательные комментарии. Он пишет: «Валид был весьма зол на Имама, так как именно тот убил его отца в битве при Бадре, а во время правления Усмана Имам наказал Валида плетью. Долгое время управляя Куфой, он теперь видел своё имущество в руках Али (ДБМ) и, вполне естественно, что его желанием было сразиться с ним. В отличие от Валида, Муавия был умен, и, ещё в Сиффине испытав прямое противостояние с Имамом, понимал, что не будь уловки с Кораном, он уже не смог бы спасти свою жизнь. В случае возобновления открытого противостояния, он, вполне возможно, был бы убит в битве. Поэтому он считал более уместным наводить страх на племена, подчиненные Али (ДБМ), ослабив его власть и доказав неспособность Имама управлять исламским государством»[782].

Отправление Бусра

Взяв с собой три тысячи людей, Буср покинул Шам. В местечке Дир Марван, из-за болезни умерло четыреста человек, и он с 2600 воинов продолжил свой путь в Хиджаз. В какое бы селение он ни приходил, он силой забирал у людей верблюдов и вместе со своими воинами садился на них верхом, чтобы достичь другого селения. Там они оставляли уставших верблюдов и брали свежих. Проделав этот долгий путь, они прибыли в Медину. Уже с первых минут пребывания в Медине он стал ругать и обвинять ее жителей, напоминая им об убийстве Усмана. Он говорил: «Все вы убили Усмана или, как минимум, не вмешавшись в происходящее, унизили его. Клянусь Богом! Я сделаю то, что принесет покой семейству Усмана».

Затем он перешел к угрозам, от страха люди спрятались в доме Хувайтиба бен Абд-ал-аззи, его отчима. Только при таком заступничестве Буср успокоился. Тогда он призвал всех присягнуть Муавии. Некоторые присягнули, но он не ограничился этим и сжёг дома некоторых уважаемых в Медине людей, которые выступали против Муавии или сотрудничали с Имамом в Ираке. Так он сжёг дома Зурары бен Харуна, Рафаата бен Рафи и Абу Айуба Ансари. Он позвал предводителей общины бани Муслима и спросил у них: «Где Джабир бен Абдулла? Позовите его или же готовьтесь к смерти».

В то время Джабир прятался в доме Умм Салмы, жены Пророка Ислама (ДБАР). Умм Салма спросила у него, что он видит. Тот ответил: «Если не присягну, то буду убит, а если присягну, то буду в союзе с заблудшими». Автор книги «Ал-гарат» пишет, что Джабир по просьбе Умм Салмы присягнул Бусру.

Закончив свои дела в Медине, Буср отправился в Мекку и, что удивительно, своим наместником он выбрал Абу Хурайру. По пути из Медины в Мекку он убил нескольких людей и забрал их имущество. Когда он приблизился к Мекке, предводитель Имама Кусм бен Аббас покинул город. Прибыв в Мекку, он продолжил свою миссию, оскорбляя людей и сквернословя. Жители Мекки присягнули Муавии, и Буср, предостерегая их от сопротивления, сказал: «Если я получу весть о вашем бунте против Муавии, я уничтожу ваш род, заберу ваше имущество и разрушу дома!»

Через некоторое время Буср покинул Мекку и направился в сторону Таифа. Также он послал своего представителя в сопровождении отряда воинов в Тубалу, так как знал, что его жители являются последователями Али (ДБМ), и тайком приказал ему убить всех без исключения.

Предводитель Бусра прибыл в Тубалу и связал всех людей. Но один человек по имени Маниа потребовал, чтобы тот принёс ему письменный приказ от Бусра. Он согласился с ним и тот отправился в Таиф, где смог встретиться с Бусром и взять у него приказ. Но Буср, опасаясь ответственности, тянул время, чтобы дать письменное поручительство о защите жизней обитателей города, но таким образом, чтобы, когда гонец достигнет Тубалы, ее жители были бы уже убиты. Когда Маниа вернулся с поручительством, все жители были выведены за пределы города для казни. Воины Бусра вывели первого человека, желая начать казнь, но у палача сломался меч. Воины сказали друг другу: «Надо вытащить мечи и махать ими над собой, чтобы они согрелись под лучами солнца». Гонец увидел отблеск мечей и, размахивая одеждой, подбежал к ним, призывая остановить казнь. Воины Шама сказали: «Этот человек принёс нам хорошую весть. Прекратите казнь». Маниа подошёл, отдал поручительство командиру и спас тем самым жизни людей. Что интересно, тот, кого воины хотели казнить, был его брат.

Покончив со своими делами, Буср покинул Таиф, а Мугайра бен Шуаба, один из известных лидеров арабов, проводил его. По пути в Йемен Буср достиг местечка Канана и узнал, что тут вместе со своей матерью находятся двое детей Убайдуллы бен Аббаса, предводителя Имама в Сане. Убайдулла оставил свою семью на попечение одного человека. Вооружившись мечом, этот человек вышел к воинам Шама. Буср сказал ему: «Пусть твоя мать оплакивает тебя. Мы не хотим убивать тебя, но мы хотим убить детей Убайдуллы». Тот человек ответил: «Я готов умереть за тех, кто поддерживает меня». Сказав это, он напал на врага, но был убит. Воины Бусра забрали обоих детей Убайдуллы и хладнокровно убили их. Одна местная женщина закричала: «Вы воюете с мужчинами, но в чём виноваты дети? Клянусь Богом! Детей не убивали ни в период невежества, ни с приходом Ислама. Клянусь Богом! Государство, построенное на убийстве стариков и детей – слабое государство». Буср ответил: «Клянусь Богом! Я намеревался убить и женщин». Та женщина ответила: «Я молю Бога, чтобы ты сделал это».

Буср покинул местечко Канана и по пути, в Наджране убил Абдуллу бен Абд-ал-Мадана, зятя Убайдуллы бен Аббаса. Затем он крикнул: «Эй, жители Наджрана! Эй, христиане! Клянусь Богом! Если вы сделаете что-либо, что мне не понравится, то я вернусь, и тогда и ваше потомство, и ваши посевы будут уничтожены, а дома разрушены». Затем он продолжил свой путь, убив Абу Карба, последователя Али (ДБМ), и одного из предводителей Хамадана, и, наконец, достиг Саны. Предводители Имама Убайдулла бен Аббас и Саид бен Намран покинули город, а вместо себя оставили Амру Сакафи. Наместник Убайдуллы пытался сопротивляться, но тоже был убит. Жестокий Буср вошёл в город и приказал убить еще нескольких людей. Убил даже тех, кто пришел к нему из Маариба, кроме одного человека. Спасшийся вернулся в Маариб и сказал: «Я предупреждаю и стариков, и юношей, что к ним приближается смерть».

Буср покинул Сану, направившись в местечко Джишан. Все жители этой местности были последователями Али (ДБМ). Между ними произошла битва, и в результате погибло много людей, многие были пленены, а затем безжалостно убиты. После этого Буср снова вернулся в Сану и казнил ещё сто человек из-за того, что некая женщина прятала детей Убайдуллы бен Аббаса.

Это лишь несколько страниц из чёрных деяний Бусра бен Автата, которые записала история. Узнав, о преступлениях Бусра, Имам направил в Хиджаз две тысячи человек во главе с Джарийа бен Кудамой, чтобы преследовать и наказать убийцу. Отряд через Басру отправился в Хиджаз и, достигнув Йемена, неотступно разыскивал Бусра до тех пор, пока не узнал, что тот расположился на землях бани Тамим. Узнав о преследовании Джарийи, Буср отправился в Тамаму. Когда люди узнали о приближении Джарийи, то преградили Бусру дорогу, но тот всё-таки сумел добраться до Шама и доложить Муавии о своей поездке. Он сказал: «По дороге туда и обратно я убивал твоих врагов». Муавия ответил: «Не ты сделал это, а Бог». Хроники сообщают, что в результате набега Буср убил тридцать тысяч человек, а некоторых из них сжёг.

Повелитель правоверных Али (ДБМ) постоянно проклинал Бусра, повторяя: «Господи! Не умертвляй его до тех пор, пока не заберёшь у него разум. Господи! Прокляни Бусра, Амру Аса и Муавию и ниспошли на них Свой гнев». Молитва Имама была принята, и через некоторое время Буср сошел с ума. Он постоянно просил: «Дайте мне меч, чтобы я мог убить человека». Надзиратели были вынуждены дать ему деревянный меч, и он непрерывно бил им по стене до тех пор, пока не умер.

Действия Бусра похожи на действия Муслима бен Акабы, которые тот совершил вблизи Медины в местечке Харра по приказу Йазида. В сущности, не только сами отец и сын (Муавия и Йазид) имели сходные убеждения, но и их подчиненные были одинаково безжалостными, как говорит ибн Аби ал-Хадид: «Тот, кто похож на своего отца, не совершает зла»[783].

В конце этой главы приведём речь Имама о Бусре: «Нет у меня (во власти из городов) ничего, кроме Куфы, которую могу взять в руку и простереть руку играючи – о, Куфа, если ты осталась одна, то пусть подуют твои тайфуны, и да исказит Аллах лик твой! Сообщили мне, что Буср захватил Йемен – клянусь Аллахом, я полагаю, что этот народ одолеет вас всех благодаря единству их в заблуждениях их, и разногласию вашему в истине вашей, и неповиновению вашему Имаму вашему в истине, и повиновению их Имаму их в заблуждении, и честности их к товарищам своим, и вашему предательству, и добрым делам их в городах своих, и вашим распрям. А если я доверю кому из вас и деревянную чашу, то боюсь, что сбежит он с тем, что ему препоручено. О Аллах, я внушаю им отвращение, и они внушают отвращение мне, они устали от меня, и я устал от них – замени же мне их лучшими, чем они, и замени им меня худшим, нежели я, о Аллах, раствори сердца их, как растворяется соль в воде, однако, клянусь Аллахом, была бы у меня хоть тысяча всадников, подобных Бани Фирасу бин Ганаму!»[784]

3.Набеги Суфьяна бен Ауфа

Суфьян бен Ауф Гамиди во главе с вооруженными отчаянными людьми по приказу Муавии должен был отправиться в сторону Евфрата, чтобы достичь провинции Хит, находившейся в верхней части Анбара. Оттуда он должен был пойти в Анбар, при малейшем отпоре нападая на людей и занимаясь грабежами. В случае отсутствия противостояния, грабители должны были дойти до Анбара, не увидев и там никакого войска, отправиться в Мадаин, а оттуда уже вернуться в Шам, не в коем случае не приближаясь к Куфе.

Давая наставления, Муавия так обратился к Суфьяну: «Если ты разграбишь Анбар и Мадаин, то это будет схоже с разграблением Куфы. Такие набеги наведут страх на иракцев и обрадуют наших последователей, а те, кто боятся сотрудничества с нами, призовут нас. По пути убивай всякого, кто окажет сопротивление, уничтожай селения и разоряй их, так как получение трофеев подобно убийству, такой поступок сожжёт сердца наших врагов».

Суфьян пишет: «Я прибыл в Шам, и Муавия выступил с речью и призвал людей сопровождать меня. Через некоторое время набралось шесть тысяч человек. Направившись в сторону Евфрата, мы прибыли к местечку Хит. Местные жители, узнав о нашем прибытии, перешли через реку. Я тоже перешел на другой берег, но не встретил никого. Затем мы дошли до Сандуда. И здесь местные жители бежали от меня. Я решил отправиться в Анбар. Взяв в плен двух человек, я спросил у них о численности отряда Али (ДБМ). Они ответили: «Их было пятьсот человек, но некоторые из них ушли в Куфу, мы не знаем, сколько человек осталось сейчас. Может быть, около двухсот». Я поочерёдно группами отправлял своих воинов в Анбар, чтобы сразиться с ними, но, не добившись результата, послал двести пеших воинов и столько же всадников. Только тогда отряд Имама дрогнул, а их предводитель вместе с тридцатью воинами был убит. Затем я разграбил Анбар и вернулся в Шам. Придя к Муавии, я рассказал ему обо всём, и он сказал: «Я именно так и думал о тебе». Страх охватил иракцев и они толпами стали переселяться в Шам»[785].

Али (ДБМ) стало известно, что Суфьян побывал в Анбаре и убил его предводителя Хасана бен Хасана. Разгневавшись, Имам покинул свой дом и отправился в Нахилю, люди последовали за ним. Взобравшись на холм, Имам восхвалил Бога и поприветствовал Пророка, а затем произнёс такую речь: «Так вот, истинно, джихад - суть врата из числа ворот рая, открывает их Аллах для избранных из числа приближенных к Нему, джихад есть одеяние праведности, прочные доспехи Аллаха, Его верный щит. И кто оставляет его, пренебрегая им, того Аллах облачит в облачение унижения, и окружат его горести, он отвергнут с презрением и насмешкой, замутнено его сердце, отобраны его права по причине оставления джихада, на него призвано бесчестье и ему отказано в справедливости (наравне с остальными).

Вот же, призвал я вас к сражению с теми людьми в ночи и днем, втайне и открыто, и сказал я вам: атакуйте их раньше, чем они атакуют вас, и, клянусь Аллахом, нет народа, кто был бы атакован среди домов своих и не испытал бы унижения. Но вы понадеялись (на других) и отступились, покуда не постигло вас разрушение, и не завладели вами другие. И вот брат Гамида – вошла конница его в Аль-Анбар, и убил он Хассана ибн Хассана аль-Бакри, и изгнал вашу конницу из ее лагеря. Дошло до меня, что каждый из них входил к мусульманской женщине, или к другим, с кем (о защите) был заключен договор, и срывал с нее браслеты ручные и ножные, ожерелья и серьги, и не могло их уберечь от этого ничто, кроме обращения к Аллаху за милостью, потом же они ушли, пресыщенные добычей, и никто из них даже не был ранен, и не была пролита их кровь, и если мусульманин умрет после этого от печали по поводу этой беды, что случилась, то такая смерть будет в глазах моих оправдана; и о диво! Диво – клянусь Аллахом – он убивает мое сердце, наполняя его печалью при виде единства этого народа в его заблуждении и ваших разногласий в вашей правде! Горе вам и проклятие – вы стали мишенью для стрел: в вас стреляют, а вы не стреляете, на вас нападают, а вы не нападаете, нет (среди вас) подчинения Аллаху, а вы довольны!

Если прикажу вам выступить против них в жаркие дни, то вы скажете: это - раскаленный сезон, отсрочь нам, покуда не отступит от нас жара, если же прикажу вам выступить против них зимой, то вы скажете: как выносить нам этот холод, отсрочь нам, покуда холод не отступит; все это - лишь бы избежать жары или холода, но если от жары и холода вы так бежите, то тогда вы, клянусь Аллахом, еще пуще побежите от меча! О, вы, похожие на мужчин, но не мужчины! С мыслями детей и разумом обитателей гарема – если бы я вообще не видел вас и не знал никаким знанием! Клянусь Аллахом, (наше знакомство) началось с позора и закончится раскаянием. Да сразит вас Аллах! Вы наполнили сердце мое горечью и взвалили на грудь мою тяжесть гнева, и напоили меня горем один глоток за другим, и нарушали вы мое повеление своим предательством и отступничеством, покуда ни сказали курайшиты: истинно, сын Абу Талиба – человек мужественный, но не у него знания об искусстве войны. Аллах да благословит их отца - ужели кто из них сильнее меня в битве и старше меня опытом в сражениях! Я уже ходил на битву, еще не достигнув годами и двадцати, и вот, мне уже перевалило за шестьдесят, но какое мнение может быть у тех, кто не подчиняется!»[786]

Стремясь навести страх на иракцев, Муавия не ограничился этими трёмя набегами, а продолжал посылать и других приспешников. К примеру, он приказал Нуману бен Баширу Ансари отправиться в местечко Айн-ат-тамр, что на западе Евфрата, с целью нападения и грабежа[787]. Йазиду бен Шаджаре Рахави наказал отправиться в Мекку и разграбить дома ее жителей[788]. Из-за всех этих преступлений сердца иракцев охватил ужас. Все эти страшные события произошли после битвы при Нахраване, когда, с одной стороны, их угнетала внутренняя смута, а с другой – набеги извне, особенно это ощущалось среди ближайшего окружения Имама. О, если бы события на этом закончились! Но происходило и другое, что сильно огорчало Али (ДБМ), и мы сейчас рассмотрим это.

Глава вторая

Завоевание Египта и гибель Мухаммада бен Аби Бакра

После убийства Усмана управление всеми исламскими территориями, кроме Шама, перешло в руки Али (ДБМ) и ещё вначале правления в 36 году хиджры он избрал Кайса бен Саада бен Ибаду предводителем Египта[789]. Но через некоторое время по каким-то причинам Имам отстранил Кайса от власти и в тот же год после «верблюжьей битвы» назначил на этот пост Мухаммада бен Аби Бакра. История сохранила два письма Имама, одно из них – официальное послание, переданное в руки Мухаммаду бен Аби Бакру, а другое было послано после прибытия Мухаммада в Египет. Оба письма привёл автор книги «Тухаф-ал-укул»[790]. Также эти письма цитирует и Абу Исхак в книге «Ал-гарат», датируя первое письмо первым днем Рамадана 36 года хиджры. Второе письмо более длинное, в нем раскрыты многие исламские предписания. Позже мы более подробно рассмотрим содержание письма и выясним, как оно попало в руки Муавии, а затем передавалось его потомками.

Вот перевод первого письма Имама: «Во имя Аллаха Всемилостивого, Милосердного! Это приказ Али, Повелителя правоверных, предводителю Египта. Он приказывает верить в Бога, следовать Его предписаниям, бояться Его явно и тайно, быть обходительным с мусульманами, гневаться на злоумышленников, соблюдать справедливость с находящимися под покровительством, не нарушать прав угнетённых, быть строгими с угнетателями, прощать людей, по мере возможности быть благодетельными, ибо Господь любит благодетелей и наказывает злодеев. Он приказывает Мухаммаду бен Аби Бакру призывать людей к подчинению центральной власти и единству мусульман, так как это – большая благодать и награда, которую нельзя измерить. Он приказывает собирать налог с земли так, как это делалось раньше, и при этом ничего не преуменьшать и ничего не прибавлять. Затем делить средства между нуждающимися так, как делилось раньше. Он приказывает предводителю быть обходительным с людьми и относиться ко всем одинаково, не делая различия между близкими и чужими. Он приказывает ему судить по справедливости, не следовать своим вожделениям и на пути Бога не бояться упрёка упрекающих, ибо Бог всегда поддерживает искренне верующих в Него людей. Это письмо написано рукой Убайдуллы бен Рафи, вольноотпущенника Пророка Ислама (ДБАР), первого Рамадана 36 года хиджры»[791].

Дата письма, указывает на дату отстранения Кайса бен Ибады, то есть, мы видим, что период правления Кайса был очень коротким: Али (ДБМ) был избран правителем мусульман в 35 году хиджры, а это письмо было написано по прошествии всего шести месяцев. Когда Мухаммад бен Аби Бакр получил письмо, он выступил перед жителями Египта с речью и прочитал им письмо Имама. Из Египта Мухаммад бен Аби Бакр послал Имаму письмо, в котором просил подробнее рассказать о дозволенных и запретных в Исламе деяниях. Он написал следующее: «Рабу Бога, Повелителю правоверных, от Мухаммада бен Аби Бакра. Приветствую тебя. Хвала единому Богу! Если Повелитель правоверных посчитает уместным, то пусть напишет нам письмо и прояснит нам обязательные предписания и те предписания, которые касаются исламского судейства, так как такие люди, как я, сталкиваются с этим. Пусть Бог увеличит награду Повелителю правоверных!»

В ответном письме Имам изложил некоторые вопросы судейства, предписания об омовении, времени молитвы, следовании указанному и воздержанию от запретного, поста, уединении, а затем, в качестве наставления, упомянул о смерти, Судном дне, особенностях рая и ада. Автор книги «Ал-гарат» привёл полный текст этого письма[792].

Абу Исхак Сакафи пишет: «Получив письмо Имама, Мухаммад бен Аби Бакр постоянно заглядывал в него и судил по нему. Когда Мухаммад был убит во время нападения Амру Аса, тот собрал все найденные у него письма и послал их Муавии. Среди всех писем это письмо больше привлекло наибольшее внимание Муавии, и он с большим интересом прочитал его. Увидев удивление Муавии, Валид бен Акаба сказал: «Прикажи сжечь это письмо». Муавия ответил: «Успокойся, ты не должен высказывать здесь своё мнение». Валид сказал: «Правильно ли будет, если люди узнают, что у тебя есть хадисы Али, и ты судишь, ссылаясь на них? Ведь если так, то почему ты воюешь с Али?» Муавия воскликнул: «Горе тебе! Ты мне советуешь сжечь такие сокровища знаний? Клянусь Богом! Никогда раньше я не видел таких точных и полных ясности сведений». Повторив свои прежние слова, Валид спросил: «Если ты удивлён знаниями и мудростью Али, то почему воюешь с ним?» Муавия ответил: «Если бы Али не убил Усмана, мы многому научились бы у него». Немного помолчав, он оглянулся вокруг и сказал окружающим: «Мы никогда не говорили, что это письма Али. Мы говорим, что это были письма Абу Бакра, которые Мухаммад получил в наследство от своего отца, и мы судим согласно им». Письма Имама хранились в сокровищницах Омейядов до тех пор, пока власть не попала к Умару бен Абд-ал-Азизу, который и объявил, что эти письма – изречения Али бен Аби Талиба.

Имам узнал, что после завоевания Египта Муавией и убийства Мухаммада его письма попали в руки врагов, и был очень огорчён этим. Абдулла бен Салма говорит: «Имам провёл с нами молитву, и после её окончания мы увидели на его лице печаль. Он прочитал стихотворение, содержанием которого было сожаление о прошлом. Мы спросили у Имама, что он имеет в виду. Он ответил: «Я назначил Мухаммада бен Аби Бакра предводителем Египта. Он написал мне, что у него нет достаточных сведений о сунне Пророка. Я написал ему письмо и подробно изложил ему сунну Пророка, но теперь он убит, а письмо попало в руки врага».

Предводитель Али (ДБМ) и нейтральные люди

Во времена правления в Египте Мухаммада бен Кайса некоторые его сторонники отдалились от него и в вопросах политики решили придерживаться нейтралитета. Когда прошёл месяц с начала правления Мухаммада бен Абу Бакра, он поставил этих людей перед выбором: они должны или объявить о своём подчинении Имаму или же покинуть Египет. В ответ те попросили дать им срок для размышлений, но предводитель отказал им, и те начали оказывать сопротивление.

В это время произошла битва при Сиффине. Известие о том, что разрешение разногласий между Имамом и Муавией возложено на судей, и стороны прекратили битву, дало этим людям смелость следовать против правителя Египта, нарушив нейтралитет. Предводитель был вынужден послать к ним Хариса бен Джамхана и Йазида бен Хариса Канани, чтобы наставить мятежников на путь истинный, но во время выполнения своей миссии посланники были убиты. Мухаммад послал третьего, но и он был убит.

Гибель этих людей привела к тому, что некоторые египтяне, подобно жителям Шама, начали призывать людей к мести за убийство Усмана. Они воссоединились с другими людьми и подняли бунт в Египте, а молодой предводитель не смог взять ситуацию под контроль. Али, узнав о положении в Египте, сказал: «Лишь два человека смогут вернуть покой Египту: один из них – Кайс бен Саад, бывший наместник Египта, а другой – Малик Аштар». В это время Малик Аштар был назначен наместником в местечко Джазира. Кайс бен Саад находился рядом с Имамом, но его присутствие среди иракцев было необходимо. Поэтому Имам написал письмо Малику, который в это время находился в Насийине, расположенном между Ираком и Шамом. В этом письме Имам описал происходящее среди своих последователей и в Египетских землях. Он пишет: «Ты относишься к тем, с чьей помощью я поддерживаю веру, подавляю высокомерие преступников и восполняю ужасные пустоты. Я назначил Мухаммада бен Аби Бакра предводителем Египта, но некоторые люди отказались подчиняться ему, и из-за молодости и неопытности он не смог одолеть их. Как можно скорей приезжай к нам, чтобы рассмотреть будущие планы, и оставь вместо себя достойного доверия человека».

Когда Малик получил письмо Имама, он, назначив вместо себя Шабиба бен Амира, поспешил к Имаму и узнал от него о печальных событиях в Египте. Имам сказал ему: «Как можно скорей отправляйся в Египет, так как, кроме тебя, у меня нет никого. Зная о твоём ясном уме, я не буду что-либо тебе наказывать. В решении важных дел уповай на Бога, разрешай проблемы с милосердием, и по мере сил поступай обходительно. Если же придется применить силу, то покажи себя».

Узнав об отправке Малика в Египет, Муавия сильно испугался, так как все его желания были связаны с Египтом. Он знал, что при таком руководителе, как Малик, выполнить его планы будет гораздо сложнее, чем во время правления Мухаммада бен Аби Бакра. Он дал приказ одному из своих данников подготовить и осуществить убийство Малика, обещав освободить его от уплаты дани.

Жители Египта попросили Имама, чтобы он как можно скорей представил другого предводителя. В ответ Имам написал им: «От раба Божиего Али, Повелителя верующих, народу, что явили (праведный) ради Аллаха, когда было выказано Ему неповиновение на земле Его, и пренебрегаемы оказались права Его, и коснулось притеснение как праведного, так и бунтовщика, местного и пришельца, так что не осталось ничего одобряемого, по которому бы поступали, и ничего запретного, которым бы пренебрегали. И вот, после этого, я направляю вам раба из рабов Аллаха, что не спит во дни страха, не бежит от врага в минуты опасности, к бунтовщикам беспощаднее, чем пламя нещадное, он - Малик бин Аль-Харис брат Мазхиджа. Слушайте его и подчиняйтесь повелениям его, в том, что истине соответствует, поистине, он - меч из мечей Аллаха, чье острие не тупится, и при ударе не промахнется: и если прикажет вам выступить, то выступайте, если прикажет стоять, то стойте, ведь, поистине, он не выступает и не атакует, и не опережает и не отсрочивает иначе как по моему повелению, и я предпочел его для вас, нежели для себя, дабы был он вам верным наставником, а вашим врагам являл жесткость непримиримую»[793].

Новый предводитель Имама с необходимым снаряжением отправился в путь. Когда он достиг местечка Калзам, то постучался в дверь одного из местных жителей. Этот человек выказывал ложное почтение, желая вызвать доверие Малика, и, в конце концов, отравил его сладким напитком. Так этот отважный человек навсегда покинул сей мир. Он погиб в 37 году хиджры в Калзаме и там же был похоронен.

Вполне очевидно, что хозяин дома не был обычным простолюдином, раз Малик пришёл именно в его дом. Он был подкуплен Муавией, врагом Малика[794].

Другие историки несколько иначе и более подробно описывают гибель Малика.

Когда Муавия узнал о назначении Малика предводителем Египта, он вызвал к себе одного из влиятельных земледельцев Калзама и велел любыми средствами убить Малика, за что обещал после захвата Египта освободить его от выплаты дани. Муавия не ограничился этим: чтобы усилить преданность людей и доказать, что все его последователи следуют по пути Бога, он велел им постоянно проклинать Малика и просить у Бога его скорейшей гибели. Если после этого Малик будет убит, рассудил Муавия, это не только обрадует жителей Шама, но и вызовет у них ещё большее доверие к своему правителю.

Когда Малик прибыл в Калзам, представитель Муавии пригласил его войти в дом, и, чтобы втереться к нему в доверие, сказал, что плату за угощение он высчитает со своей дани. После того, как Малик вошёл в дом, его хозяин стал демонстрировать свою привязанность Али (ДБМ). Он разложил перед Маликом угощения со сладким напитком. Этот напиток был отравлен, так что, отведав его, Малик умер.

Во всяком случае, когда Муавия узнал о смерти Малика, то, выступая перед людьми, сказал: «О, люди! У сына Абу Талиба были две сильные руки: одна из них (Аммар Йасир) была отрезана в Сиффине, а другая (Малик Аштар) – сегодня»[795]

Смерть, которая обрадовала одних и заставила плакать других

Смерть Малика обрадовала жителей Шама, так как они ненавидели его ещё со времени битвы при Сиффине. Но когда эта весть дошла до Имама, он горько заплакал и сказал: «Тебя должны оплакивать опечаленные женщины. Где найти подобного Малику?» Затем он взошёл на возвышение и сказал: «Все мы от Бога и к Нему же вернёмся. Хвала Богу, который достоин быть Господом миров! Господи! Аштар погиб, следуя по Твоему пути, и его смерть – одна из наибольших бед нашего времени. Пусть Бог помилует Малика! Он был верным другом, но его жизнь закончилась, и он встретился со своим Богом. После смерти Пророка мы готовились претерпеть всякие беды, но сейчас говорим, что беда, случившаяся с Маликом, – самая большая беда»[796].

Фудайл говорит: «Когда Имам узнал о гибели Малика, я пришёл к нему и застал его в тяжелой печали. Он говорил: «Пусть Бог воздаст Малику блага! Каким человеком был Малик! Если бы он был горой, то был бы бесподобной горой. Если бы был камнем, то был бы крепким камнем. Клянусь Богом! О, Малик! Твоя смерть заставила содрогнуться этот мир и обрадовала мир иной. Таких, как Малик должны оплакивать горько опечаленные женщины. Есть ли кто-нибудь, подобный Малику?» Али (ДБМ) очень горевал, и это горе продолжалась несколько дней».

Письмо Имама Али (ДБМ) Мухаммаду бен Аби Бакру

Мухаммад бен Аби Бакр впал в уныние из-за того, что Имам отстранил его от правления Египтом, а вместо него назначил Малика. Узнав об этом, Имам написал ему письмо, где рассказал о смерти Малика и вежливо обратился к нему: «Мне стало известно, что из-за отправки Малика в Египет ты впал в уныние, но я сделал это из-за того, что при выполнении своей миссии ты отнёсся к ней без должного усердия. Отстранив тебя от правления Египтом, я назначил туда человека, у которого не будет потребности в больших затратах, да и местное управление будет для тебя более интересным. Тот, кого я избрал управлять Египтом, был добр к нам и строг с врагом. Пусть Бог смилостивится над ним, так как жизнь его закончилась, и он умер тогда, когда все мы были довольны им. Пусть Бог тоже будет доволен им и воздаст ему несметные награды. Теперь же тебе необходимо для битвы с врагом вывести своё войско за пределы города и разбить лагерь, действуя разумно и прилагая усердие в ведении битвы. Призови людей к Богу и уповай на Него, так как в решении важных дел Он будет для тебя достаточным помощником, чтобы поддержать тебе в трудные минуты жизни»[797].

Письмо Мухаммада Аби Бакра Имаму Али (ДБМ)

Получив письмо Имама, Мухаммад ответил ему так: «Я получил письмо Повелителя правоверных и ознакомился с его содержанием. Никто, кроме Повелителя правоверных, не является таким строгим в отношении врага и таким добрым в отношении своих последователей. Я разбил лагерь за пределами города и обезопасил его жителей, кроме тех, кто вышли сразиться с нами, выказывая свою вражду. Во всяком случае, я повинуюсь Повелителю правоверных»[798].

_________________________
[778]- Комментарии к Нахдж-ал-балага, т. 2, стр. 114-115 со ссылкой на хронику Табари.
[779]- Нахдж-ал-балага, хутба 97.
[780]- Нахдж-ал-балага, хутба 29; Ал-гарат от Сакафи, т. 2, стр. 416; Хроника Табари, т. 4, стр. 104; Комментарии к Нахдж-ал-балага, т. 2, стр. 111-125.
[781]- Ал-гарат, т. 2, стр. 431.
[782]- Комментарии к Нахдж-ал-балага, т. 2, стр. 8.
[783]- Ал-гарат, т. 2, стр. 591-628; Комментарии к Нахдж-ал-балага, т. 2, стр. 3-18; Хроника Табари, т. 3, стр. 106-108; Хроника Йакуби, т. 1, стр. 186-189; Полная хроника ибн Асира, т. 3, стр. 383-385.
[784]- Нахдж-ал-балага, хутба, 25.
[785]- Ал-гарат, т. 2, стр. 464-474; Хроника Табари, т. 4, стр. 103.
[786]- Нахдж-ал-балага, хутба 27.
[787]- Ал-гарат, т. 2, стр. 445.
[788]- Ал-гарат, т. 2, стр. 504.
[789]- Хроника Табари, т. 3, стр. 462.
[790]- Тухаф-ал-укул, стр. 176-177.
[791]- Ал-гарат, т. 1, стр. 224.
[792]- Ал-гарат, т. 1, стр. 224-250.
[793]- Нахдж-ал-балага, письмо 38; Ал-гарат, т. 1, стр. 360.
[794]- Хроника ибн Касира, т. 7, стр. 312.
[795]- Ал-гарат, т. 1, стр. 264; Полная хроника ибн Асира, т. 3, стр. 352.
[796]- Ал-гарат, т. 1, стр. 264; Комментарии к Нахдж-ал-балага, т. 6, стр. 77.
[797]- Ал-гарат, т. 1, стр. 268.
[798]- Ал-гарат, т. 1, стр. 269.