Иран и ислам: история взаимоотношений
  Шайха Ансари прозвали «Хатам ал-фукаха’ ва-л-муджтахидин» («Печать факихов и муджтахидов»). По глубине и четкости взгля­дов он относится к числу уникальных ученых. Шайх Ансари поднял науки об основах вероучения (усул) и фикха на новые, более высокие уровни, открыв перед ними новые горизонты. Его инициативы и новшества в этих науках являются беспрецедентными. Две его знаменитые книги, «Раса’ил» («Послания») и «Макасиб» («Ремесло»), стали популярными учебниками по фикху. Пришедшие по­сле него ученые считали себя учениками его школы, писали к его книгам многочисленные комментарии и разъяснения. После Мухаккика Хилли, ‘Аллама Хилли и Шахида Аввала шайх Ансари яв­ляется единственным мыслителем, книги которого стали предметом столь пристального внимания и обширного комментирования последующими поколениями ученых.
Он известен также своим аскетизмом и благочестием. Шайх Ансари умер в 1864 г. в Неджефе, где и был похоронен.

34. Хаджжи мирза Мухаммад Хасан Ширази, известный как мирза Ши­­рази Бузург (Великий). Сначала учился в Исфагане, затем отпра­вился в Неджеф, где стал учеником у Кашиф ал-Гита’, после че­го стал посещать уроки шайха Ансари, став одним из самых луч­ших его уче­ников. После шайха Ансари он стал признанным религиозным лидером. В течение двадцати трех лет был бессменным лидером шиитской общины. В его научном центре воспитывалось много уче­ников, среди которых были такие духовные авторитеты шиитов, как ахунд мулла Мухаммад Казим Хурасани, саййид Мухаммад Казим Табатабаи Йазди, хаджжи-ага Рида Хамадани, хаджжи мирза Хасан Сабзавари, саййид Мухаммад Фишараки Исфахани, мирза Мухаммад Таки Ширази и др. Письменных произведений он после себя не оставил, но некоторые его идеи постоянно находятся в центре вни­мания исследователей. Мирза Ширази Бузург умер в 1894 г.

35. Ахунд мулла Мухаммад Казим Хурасани. Родился в 1839 г. в Мешхеде в простой семье. В возрасте двадцати двух лет переселился в Тегеран, где в течение короткого времени занимался изучением философии, после чего отправился в Неджеф. Два года учился у шай­ха Ансари, но его основным учителем был мирза Ширази. С 1874 г. мирза Ширази в качестве постоянного места жительства выбрал город Самарру, а ахунд Хурасани остался в Неджефе и образовал свой самостоятельный научно-образовательный центр. Он был од­ним из самых талантливых преподавателей. У него училось около тысячи двухсот учеников, двести из которых были муджта­хидами.
Известные факихи последнего столетия, такие как покойный ага саййид Абу-л-Хасан Исфахани, покойный хаджжи шайх Мухаммад Хусайн Исфахани, покойный хаджжи ага Хусайн Буруджирди, покойный хаджжи ага Хусайн Куми и покойный ага Дийа’ ад-дин Ираки, были его учениками. Ахунд Хурасани особенно прославился как знаток основ вероучения (усул). Его книга «Кифайат ал-усул» («Достаточное об основах вероучения») является важным учебным пособием. На эту книгу написано много комментариев. Идеи ахунда Хурасани относительно основ вероучения постоянно становятся объектом внимания в религиозных научных кругах. Ахунд Хурасани — один из религиозных деятелей, вынесших вердикт о легитимности республиканского (конституционалистского) движения в Иране в начале XX в. Он покинул мир в 1911 г.

36. Хаджжи мирза Хусайн Найини — один из самых выдающихся факихов и знатоков основ вероучения (усул) в XX в. Учился у вышеупомянутых мирзы Ширази и саййида Мухаммада Фишараки Исфахани, сам также считался выдающимся преподавателем. Но в основном он прославился как знаток основ вероучения, вел научные диспуты с покойным ахундом Хурасани и выдвигал новые идеи касательно основополагающих вопросов вероучения. Многие видные факихи нашего времени являются его учениками. Он автор очень со­держательной книги под названием «Танзийат ал-ислам йа хукумат дар ислам» («Очищение ислама, или Исламское правление»), кото­рая написана в целях защиты республиканского (конституционали­стского) движения и его исламских основ. Умер в Неджефе в 1936 г.

Итоги и анализ

Мы представили тридцать шесть человек из числа наиболее видных факихов, живших со времен «малого Сокрытия» (X в.) до наших дней. Мы назвали имена ученых, которые в области фикха пользуются огромным авторитетом, со времени их жизни и до наших дней их имена постоянно встречаются в книгах и на уроках по фикху. Конечно, мы вместе с именами этих тридцати шести человек назвали и имена других ученых, так или иначе связанных с фикхом. Из приведенных выше примеров можно делать несколько выводов.

1) Фикх с X в. по настоящее время представлял собой непрерывный научный процесс. В течение всех этих одиннадцати с лишним столетий деятельность научно-образовательных центров по фикху не прерывалась. Не было за это время перерыва и в отношениях между наставниками и воспитанниками. Если мы, например, возьмем уважаемого учителя аятоллу Буруджирди, то можно проследить имена всех его учителей по фик­ху вплоть до пречистых имамов (мир им!). Такую последовательность отношений между наставниками и воспитанниками продолжительностью в одиннадцать с половиной веков невозможно встретить ни в одной другой цивилизации кроме исламской. Действительно, нигде, кроме исламской культуры и цивилизации, не встречается такой непрерывный процесс передачи знаний, в котором единый общий дух в течение длительных веков неразрывно и последовательно связывал разные поколения ученых и исследователей. В других культурах и цивилизациях мы иногда находим и более длительные в историческом масштабе аналоги, но с перерывами.
Как мы уже упоминали, X в. (время, совпадающее с периодом «малого Сокрытия») в данном случае нами был принят в качестве исходной точки не потому, что шиитский фикх начинается именно с этого момента, а в связи с тем, что до этого времени пречистые имамы своим присутствием затмевали деятельность шиитских факихов, в результате чего те были лишены самостоятельности. На самом деле заниматься иджтихадом и фикхом шииты начали со времен сподвижников Пророка. Как было отмечено, первая книга по фикху была написана ‘Али ибн Аби Рафи‘, братом ‘Убайд Аллаха ибн Аби Рафи‘, который был писцом и казначеем Повелителя Правоверных ‘Али (мир ему!).

2) Вопреки утверждениям некоторых авторов, шиитское просвещение и в частности шиитский фикх, были основаны не только иранцами. В со­здании их основ участвовали как иранцы, так и представители многих других народов исламского мира. Иранцы в этом направлении заняли гла­венствующую позицию только с середины эпохи Сафавидов, т. е. начиная с XVI в.

3) До эпохи Сафавидов Иран никогда не был центром фикха. Сначала таким центром был Багдад, затем, благодаря стараниям шайха Туси, эта роль перешла к Неджефу. Через некоторое время центром развития шиитского фикха стало нагорье Амил в южной части современного Ливана, а позднее — Хилла, небольшой городок в Ираке. Одно время г. Алеппо (в Сирии) также был центром, в котором жили великие факихи. А в эпоху Сафавидов центр шиитского фикха переместился в иранский Исфаган. Одновременно благодаря Мукаддасу Ардабили и другим крупным ученым возродился аналогичный центр и в Неджефе, успешно действующий и в наши дни. И благодаря стараниям таких факихов, как ‘Али ибн Бабавайх и Мухаммад ибн Кулувийа, еще в первые века распространения ислама (когда Багдад был центром исламского фикха) подобный центр был создан в иранском городе Куме, вновь возрожденный в эпоху правления Каджаров известным факихом мирзой Абу-л-Касимом, автором книги «Каванин», и повторно — в 1922 г. — хаджжи шайхом ‘Абд ал-Ка­­римом Хайири Йазди. В настоящее время Кум — один из двух основных центров шиитского фикха.
Таким образом, одно время Багдад, затем Неджеф, нагорье Амил (Ли­ван) и Алеппо (Сирия), а порой Хилла и Исфаган были центрами, вдохновлявшими великих факихов. В ходе истории, особенно в период после Сафавидов, в таких городах, как Мешхед, Хамадан, Шираз, Йезд, Кашан, Тебриз, Занджан, Казвин и Тун, также существовали крупные научные центры фикха. Но ни один из этих городов Ирана, за исключением Кума и Исфагана, а на какое-то время и Кашана, не смог стать основным центром и быть в одном ряду с самыми престижными научно-образовательными центрами фикха. Лучшим показателем научного процветания этих городов (в частности, и в области фикха) было наличие образцовых школ (мадрасе), которые действуют и поныне, являясь своего рода историческим доводом в пользу их былого научного энтузиазма и активности.

4) Факихи из нагорья Джебель Амил играли важную роль в выработке политической линии Сафавидского Ирана. Как известно, Сафавиды по своему происхождению были дарвишами. И если бы не мудрое учение факихов из Джебель Амил, если бы не созданный ими в Иране основательный и эффективный научно-образовательный центр по изучению фикха, который регулировал поведенческие и мировоззренческие ценности Сафавидов, то выбранный этими шахами путь привел бы к тому, что наблюдается у алавитов в Турции или Сирии. Благодаря деятельности этих факихов, во-первых, иранское правительство и народ страны бы­ли избавлены от многих заблуждений, а, во-вторых, шиитский ‘ирфан и суфизм следовали умеренным путем. Таким образом, факихи из Джебель Амил, такие как шайх Бахаи и многие другие, оказали народу Ирана великую услугу, создав в Исфагане научно-образовательный центр по изу­чению фикха.

5) По справедливому высказыванию Шакиба Арслана[618] распростра­нение шиизма в Джебель Амил по времени предшествует появлению ши­изма в Иране. А это неопровержимый аргумент против тех, кто считает шиизм иранским детищем. Некоторые исследователи убеждены, что рас­пространение шиизма в Ливане произошло благодаря влиянию Абу Зара Гаффари, великого борца и сподвижника Пророка. Абу Зар, находясь в сирийском регионе (куда входил и современный Ливан), боролся с меркантильными наклонностями Му‘авии и одновременно занимался распространением светлых идеалов шиизма.

Суннитские факихи

Теперь вкратце о суннитских факихах. Для начала необходимы некоторые вступительные разъяснения.
Во времена умаййадских халифов приветствовались суннитские факихи арабского происхождения, а в период правления аббасидских халифов подобной привилегией пользовались опять-таки суннитские факихи, но не арабского, а главным образом иранского происхождения. Джирджи Зайдан по этому поводу пишет об умаййадских халифах:

Умаййады относились к арабам предвзято, оказывая им поддержку, а другие народы унижали. Мединские факихи считали пост халифа привилегией членов семьи Пророка, а Умаййадов — узурпаторами. Поэтому умаййадские халифы, в душе испытывая к этим факихам не­нависть, тем не менее вынуждены были демонстрировать по отноше­нию к ним свою лояльность и всячески стремились привлечь их симпатии. Особенно благочестивые умаййадские халифы, каким был ‘Умар ибн ‘Абд ал-‘Азиз, без разрешения или одобрения мединских факихов не принимали никаких государственных мер. После Умаййадов к вла­сти в халифате пришли Аббасиды, и халиф ал-Мансур всячески принижал арабов и поощрял иранцев, так как к власти Аббасиды пришли при помощи и поддержке именно иранцев. И одной из мер ал-Мансура, согласно намеченному им плану, должно было стать изменение отношения мусульман к Мекке и Медине. Он построил здание под названием Куббат ал-Хадра’ («Зеленый Свод»), чтобы люди в нем совершали церемонию хаджжа, а выплату традиционного жало­ванья меккан­цам и мединцам полностью отменил. В тот период факихом у мединцев-суннитов был Малик ибн Анас. Когда жители Медины испросили у него фетву о смещении ал-Мансура с поста халифа, он вынес такой вердикт. После чего жители Медины, отвернувшись от ал-Мансура, признали своим халифом Мухаммада ибн ‘Абд Аллаха из рода ‘Али (мир ему!). Мухаммад стал популярным, и ал-Мансуру при­шлось идти на него войной и добиваться победы ценой огромных усилий; после чего мединцы снова признали ал-Ман­сура своим халифом. Несмотря на все это, Малик никогда не считал власть аббасидских халифов легитимной. Узнав об этом, правитель Медины Джа‘фар ибн Су­лайман, который был еще и дядей ал-Мансу­ра, приказал наказать Ма­лика ибн Анаса ударами плетью по спине[619].

Ибн ан-Надим в «ал-Фихристе» передает от имени некоего Исхака ибн Ибрахима рассказ о факихе Мухаммаде ибн Шуджа‘, известном под именем Ибн ас-Сулджи. Этот рассказ может служить показателем политики аббасидских халифов по отношению к иранцам (разумеется, иранцам-суннитам):

Халиф вызвал меня к себе и поручил рекомендовать ему факиха, который был бы знатоком хадисов и последователем кийаса[620], обладал красивой внешностью, высоким ростом и родом был из Хорасана. «И чтобы был он из числа тех, кто воспитывался в нашем государстве и является сторонником нашей власти. Ибо мы желаем назначить его судьей». Исхак говорит, что он в ответ на слова халифа в качестве человека, обладающего подобными свойствами, рекомендовал Мухаммада ибн Шуджа‘ ибн ас-Сулджи и просил разрешения привести его к халифу. В ответ тот сказал: «Хорошо, если согласится, приведите его ко мне». Но Мухаммад ибн Шуджа‘ не согласился и сказал: «А зачем мне соглашаться? Я не нуждаюсь ни в богатстве, ни в должностях и ни в славе…»[621]
Как известно, четверо из суннитских факихов признаны в качестве эпонимов мазхабов (толков) и основателей богословско-правовых школ. Все сунниты являются последователями одного из них. Этими религиозными предводителями являются Абу Ханифа, Шафи‘и, Малик ибн Анас и Ахмад ибн Ханбал. Но их монополия на суннитские мазхабы закрепилась лишь в X в. Ранее у суннитов существовало около десяти богословско-правовых школ.

Наш разговор о суннитских факихах мы разделим на три этапа: 1) пе­риод до предводителей мазхабов (толков); 2) период жизни самих пред­водителей; 3) период после предводителей мазхабов. Период до предводителей мазхабов — это время, когда жили последователи (таби‘ун) сподвижников, т. е. те, кому не довелось жить во времена досточтимого Пророка, но удалось общаться с его сподвижниками. В этот период в Медине жила известная группа «семерых факихов». Членами этой «семерки факихов» являлись:

1. Абу Бакр ибн ‘Абд ар-Рахман ибн Харис ибн Хашим Махзуми. Этот муж — из племени курайш и генеалогически связан с одним из братьев Абу Джахла[622]. Умер в 713 г.

2. Са‘ид ибн Мусаййаб Махзуми. Он также из курайшитов. Известен своим аскетизмом и богобоязненностью. Говорят, что в течение пя­тидесяти лет он никогда по ночам не дремал и утром молился с омо­вением, совершенным для ночной молитвы. ‘Аллама саййид Хасан Садр в «Та’сис аш-ши‘а»[623] и некоторые другие великие шиитские ученые считают его шиитом. Умер примерно в 710 г.

3. Касим ибн Мухаммад ибн Абу Бакр. Внук первого халифа Абу Бакра и дядя по материнской линии имама Джа‘фара Садика (мир ему!). Автор «Та’сис аш-ши‘а» считает его шиитом[624]. Как известно, мать Касима была одной из дочерей сасанидского царя Йаздигирда. Следовательно, Касим по отцовской линии — курайшит, а по материнской — иранец. Умер между 718 и 728 гг.

4. Хариджат ибн Зайд ибн Сабит Ансари. Сын известного сподвижника Пророка Зайда ибн Сабита Ансари. Умер около 717 г.

5. Сулайман ибн Йасар. Он был из мавали и, по всей вероятности, иранцем. Умер в 714 г.

6. ‘Убайд Аллах ибн ‘Абд Аллах ибн ‘Утбат ибн Мас‘уд. Племянник (сын брата) известного сподвижника Пророка ‘Абд Аллаха ибн Мас‘у­да. Умер в 716 г.

7. ‘Урват ибн Зубайр. Его отец, Зубайр ибн ‘Авам, был из числа сподвижников Пророка. Умер в 712 г.

Как нам известно, из перечисленных нами семи факихов один (Сулайман ибн Йасар), вероятно, иранец. Еще один из них (Касим ибн Мухаммад), по одному из преданий, которое не заслуживает полного доверия, иранец по материнской линии. Все остальные были чистокровными арабами, уроженцами Мекки или Медины. В этот период жили и другие выдающиеся личности, часть из них — этнические иранцы. Среди них можно назвать Раби‘ат ар-Ра’й, известного факиха. Он был учителем Малика ибн Анаса, эпонима маликитского толка в суннизме. Принцип суждения по аналогу (кийас) в исламе впервые выдвинул именно Раби‘ат ар-Ра’й. Он умер в 753 г.
Еще одним из таких факихов является Тавус ибн Кайсан. Он из иранских мавали и современник вышеупомянутой «семерки факихов». Умер в 722 или 723 г.

Сулайман А‘йаш, о котором мы упоминали ранее, был иранцем и од­ним из факихов первого столетия после возникновения ислама
Другим представителем факихов данного периода можно считать ‘Ак­раму, раба Ибн ‘Аббаса. ‘Акрама был берберским рабом, т. е. он — неиранец. Достиг степени факиха и толкователя Корана. В книгах по хади­сам его имя встречается достаточно часто.

Теперь несколько слов относительно поколения предводителей:

1. Абу Ханифа Ну‘ман ибн Сабит ибн Зута или Ну‘ман ибн Сабит ибн Ну‘ман ибн ал-Марзбан, умерший в 767 г., был иранцем и считался Великим Имамом (ал-имам ал-а‘зам) суннитов. Среди суннитов Абу Ханифа после досточтимого Пророка, праведных халифов, Хасана и Хусайна (мир им!) был самым уважаемым лицом. В Иране у него ма­ло последователей, но в других странах их (ханафитов) сотни мил­ли­о­нов человек.

2. Мухаммад ибн Идрис Шафи‘и, умерший в 819 г., был по происхождению арабом из племени курайш. Численность последователей Шафи‘и и ханафитов примерно одинакова.

3. Малик ибн Анас, умерший в 795 г., происходил из арабского племени кахтан. Мусульмане стран Магриба в основном являются его последователями.

4. Ахмад ибн Ханбал Шайбани. Умер в 855 г. По происхождению он араб, но его семья жила в иранском городе Мерв. Ибн Халликан пишет: «Его мать, будучи беременной, переселилась в Багдад, и Ахмад ибн Ханбал родился в этом городе».

Ахмада ибн Ханбала можно считать иранцем арабского происхождения. Таким образом, из четырех суннитских имамов один является иранцем, один — арабом из племени ‘аднан, другой — арабом из племени кахтан, а четвертый — иранцем арабского происхождения.
Как отмечалось ранее, к поколению предводителей относились и дру­гие факихи, их богословско-правовые толки позднее были забыты. К ним относятся, например, Мухаммад ибн Джарир Табари (ум. 922) и Дауд ибн ‘Али Захири Исфахани (ум. 883). Дауд ибн ‘Али — это тот самый человек, который создал школу захириййа в фикхе. Она основывается на стрем­лении к ахбаритскому (строго на основе хадисов) толкованию Корана и по сути своей консервативна. Ибн Хазм из Андалусии, являясь по проис­хождению иранцем, но, будучи сторонником Умаййадов, и к тому же ис­пы­тывавший определенную неприязнь к «семье Пророка», в том, что ка­сается фикха, находился под сильным влиянием Дауда ибн ‘Али Захири.

Существовала другая группа великих суннитских факихов, часть из них имела свою школу фикха, а другая часть была лишена такой возможности, и одни из них были иранцами, а другие — представителями иных народов. Для того чтобы установить процент иранцев среди суннитских факихов, приводим перечень наиболее известных знатоков фик­ха того периода:

1. Мухаммад ибн Хасан Шайбани, ученик Абу Ханифы, один из при­ближенных Харуна ар-Рашида. Этот ученый муж родом из Дамаска. Родился в г. Васит в Ираке. Умер в 805 г. в г. Рей сопровождая Харуна ар-Рашида в одной из его поездок в Иран.

2. Абу Йусуф, другой ученик Абу Ханифы. Был верховным шариатским судьей во времена правления халифов ал-Махди (775—785 гг.), ал-Хади (785—786 гг.) и Харуна ар-Рашида (786—809 гг.). Умер в 808 г. Он происходит из мединских ансаров.

3. Зуфар ибн ал-Хазил, умерший в 775 г. По происхождению был из арабского племени ‘аднан. Последователь Абу Ханифы.

4. Лайс ибн Са‘д Исфахани, факих Египта. Умер в 791 г. Считается основателем школы фикха. Утверждают, что он тоже был из числа последователей Абу Ханифы.

5. ‘Абд Аллах ибн Мубарак Марвази. Он родом из г. Мерв. Был учеником Абу Ханифы, Малика и Сури. Умер в 897 г.

6. Ауза‘и, Абу ‘Амр ‘Абд ар-Рахман ибн ‘Амр, умер в 774 г. Этот ученый муж был учеником Захри и ‘Ата ибн Аби Раббаха. Жил в Сирии и считался абсолютным предводителем сирийцев в области фикха, основал свою школу фикха. Неизвестно, был ли он йеменским арабом или одним из йеменских военнопленных.

Перечисленные люди были самыми просвещенными из суннитских факихов. Кроме них у суннитов было бесчисленное множество других факихов.
В последующие столетия, т. е. в период после времени жизни признанных суннитских имамов и наиболее просвещенных суннитских факихов, следует назвать таких наиболее известных факихов, как Ибн Саридж Шафи‘и, Абу Са‘ид Истахри, Абу Исхак Марвази (XI в.), Абу Хамид Исфараини, Абу Исхак Исфараини, Абу Исхак Ширази, имам ал-ха­рамайн Джувайни, имам Мухаммад Газали, Абу-л-Музаффар Хавафи и Кай ал-Хараси (XII в.), Абу Исхак ‘Ираки Мувассили (XIII в.), Абу Исхак Мувассили (XIV в.) и имам Шабити Андалуси (XV в.).
В течение трех-четырех последних веков, по причине перехода иран­цев из суннизма в шиизм, все иранские факихи были шиитами.

Литература

Понятие «литература» включает в себя морфологию и синтаксис, риторику, поэзию и историю. В этой области заслуги иранцев очень велики. Они оказали арабскому языку больше услуг, чем сами арабы, и к то­му же арабскому языку гораздо больше услуг, чем своему родному языку — фарси. В служении арабскому языку иранцами двигал религиозный сти­мул. Как и все прочие истинные мусульмане, они считали арабский язык не языком одного лишь арабского народа, но языком Корана и средством международного общения мусульман. Поэтому они без какой- либо предвзятости с особым энтузиазмом взялись за изучение, развитие и совершенствование этого языка.
Арабские литературные науки начинаются с грамматики арабского языка. Исламские историки единодушно утверждают, что инициатором формирования синтаксиса арабского языка был Повелитель Правоверных ‘Али (мир ему!). Уважаемый ученый покойный саййид Хасан Садр в своей превосходной книге «Та’сис аш-ши‘а» приводит неопровержимые доводы в пользу этого утверждения[625]. ‘Али (мир ему!) обучил Абу-л- Ас­­вада Даили, который был шиитом и весьма одаренной личностью, основам синтаксиса, поручив тому совершенствовать его.

Абу-л-Асвад поступил согласно этой рекомендации, добавив в теорию синтаксиса много нового и обучив его основам двух своих сыновей, ‘Ата ибн Аби-л-Асвада и Абу Харба ибн Аби-л-Асвада, а также таких людей, как Йахйа ибн Йа‘мар, Маймун Акран, Йахйа ибн Ну‘ман и ‘Анба­сат ал-Фил. Утверждают, что араб Асма‘и и иранец Абу ‘Убайда, два извест­ных исламских литератора, были учениками ‘Ата, сына Абу-л-Ас­вада.
К следующему поколению относятся такие люди, как Абу Исхак Хад­рами, ‘Иса Сакфи и Абу ‘Амр ибн ал-‘Ала, последний был шиитом и одним из «семи чтецов» Корана.
Абу ‘Амр ибн ал-‘Ала был лексикологом, хорошо знал арабский язык и литературу, особенно арабскую поэзию. Будучи богобоязненным, в течение всего священного месяца рамадан он совсем не занимался чтением стихов. Собираясь в хаджж, уничтожил все свои записи, ибо в них содержались арабские стихи времен язычества. Знатоки арабской грамматики, такие как Асма‘и, Йунис ибн Хабиб Нахви, Абу ‘Убайда и Са‘д ибн Мубарак, были его учениками[626].

Халил ибн Ахмад ‘Аруди, видный муджтахид и крупный знаток арабского синтаксиса, который был шиитом и одним из самых признан­ных ученых в области литературы, относится ко второму поколению ис­ламских литераторов. Прославленный Сибавайх, автор «ал-Китаб», был учеником Халила ибн Ахмада, а другой известный знаток арабской грамматики, Ахфаш, учился у Сибавайха и Халила.
С этого периода знатоки грамматики разделились на две группы. Знаменитый Касаи и его ученик Фарра’, Абу-л-‘Аббас Са‘лаб, ученик Фарра’, а также Ибн ал-Анбари, ученик Абу-л-‘Аббаса Са‘лаба, относились к куфийской группе, а Сибавайх, Ахфаш, Мазани, Мубаррид, Заджадж, Абу ‘Али Фариси, Ибн Джани и ‘Абд ал-Кахир Джурджани, которых связывают узы последовательного наставничества, принадлежали к басрийской группе знатоков грамматики.

Из тех, кого мы перечислили, иранцами являются:

1. Йунус ибн Хабиб, умерший в 799 г. По свидетельству Ибн ан-На­ди­ма, он по происхождению ‘аджами[627]. Им написана книга под названием «Ма‘ани ал-Кур’ан ал-Карим» («Смыслы Священного Корана»). Утверждают, что он не женился и все 87 лет своей жизни посвятил науке.

2. Абу ‘Убайда Му‘аммар ибн ал-Масна, умерший в 825 г. По утверждению Ибн ан-Надима, Абу ‘Убайда также был иранцем[628].

3. Са‘д ибн Мубарак. Даты его рождения и смерти установить не удалось. По свидетельству «Райханат ал-адаб», он был незрячим и родом из Тахаристана.
4. Абу Башар ‘Амр ибн ‘Усман ибн Канбар, известный как Сибавайх, умер около 796 г. Родом из Фарса. Занимался научной деятельностью в Басре, однажды предпринял путешествие в Багдад.
После поездки в Багдад он вернулся в Фарс и в возрасте сорока лет умер в своем отечестве. Книга Сибавайха «ал-Китаб», равно как «Алмагест» Птолемея по астрономии и «Логика» Аристотеля по формальной логике, признана лучшей книгой по арабской грам­матике. Она многократно издавалась в Париже, Берлине, Калькутте и Египте. Саййид Бахр ал-‘Улум и другие авторы отмечали, что все другие ученые грамматики перед Сибавайхом выглядят как женщины перед своим мужем. В этой книге имеются ссылки на более чем триста айатов Священного Корана. Мазани, несмотря на обещанное огромное вознаграждение, не решился по этой книге преподавать арабскую грамматику одному из «людей зиммы», опасаясь, что руки иноверца могут коснуться айатов Священного Корана.

5. Са‘ид ибн Мас‘адат, известный под именем Ахфаш или Ахфаш Аусат. Этот муж — один из величайших знатоков арабской грамма­тики, автор многочисленных книг, в том числе и по метрической си­стеме (‘аруз) арабского стихосложения, им была добавлена еще одна метрическая форма (бахр) — помимо тех, которые были сформулированы Халилом ибн Ахмадом. По утверждению Ибн ан-Надима, Ахфаш был хорезмийцем. Его также иногда называли Маджаши‘и. Но неизвестно, действительно ли он происходил из арабского пле­мени маджаши‘и или это имя присвоено ему по существовавшему договору между его предками и этим племенем, как это было принято в период раннего ислама. Ахфаш умер в 830 или 836 г.

6. ‘Али ибн Хамза Касаи, о котором мы говорили при рассмотрении имен чтецов Корана. По происхождению иранец. Его прадеда звали Фирузом. Умер около 815 г. по дороге в Рей, сопровождая халифа Харун ар-Рашида в его поездке в Хорасан.

7. Фарра’. Этот муж тоже иранец. О нем мы говорили при рассмотрении имен чтецов Корана.

8. Мухаммад ибн Касим Анбари, известный как Ибн ал-Анбари. Он родом из г. Анбара, где располагалось зернохранилище Сасанидов. Ученик Абу-л-‘Аб­баса Са‘лаба. Умер около 939 г.

9. Абу Исхак Ибрахим ибн Мухаммад ибн Сари ибн Сахл, известный как Заджадж. Ученик Мубаррида и Са‘алаба. В период учебы зарабатывал на жизнь, занимаясь полировкой стекла, поэтому за ним закрепилось прозвище «Заджадж» («Стекольщик»). Говорят, что из своего заработка он ежедневно платил за учебу своему учителю Мубарриду по одному дирхаму.

10. Абу ‘Али Фариси. Родом из городка Фасса в Фарсе, современник дайламитских правителей (935—1055). Родился в 901-м, а умер в 987 г. Некоторые авторы считают его последним из круп­ных знато­ков грамматики. Саййид Хасан Садр в «Та’сис аш-ши‘а» со ссыл­кой на книгу Саламата ибн ‘Ийаса Шами «ал-Мисбах» («Светильник») пишет: «Грамматика началась с персов и ими же закончилась», т. е. арабская грамматика была основана персом Сибавайхом и заверши­лась со смертью другого перса — Абу ‘Али Фариси. Естественно, в этом высказывании присутствует определенная доля преувеличе­ния.

11. ‘Абд ал-Кахир Джурджани. Известный литератор, знаток морфологии, синтаксиса, риторики и стилистики. Известен он в основ­ном как знаток риторики. Вместе с тем считается и известным грам­матиком. Из трудов ‘Абд ал Кахира сохранились несколько содержательных книг по риторике, и поныне представляющих большую научную ценность, среди них такие его работы, как «Асрар ал-ба­ла­га» («Тайны красноречия»), «Далаил ал-и‘джаз» («Аргументы выразительности»), «И‘джаз ал-Кур’ан» («Чудеса Корана»), и др. Умер в 1078 или 1081 г.

Кроме вышеназванных лиц из числа крупных знатоков арабской грам­матики есть еще несколько иранцев, среди которых значатся имена таких известных ученых, как Халаф Ахмар (VIII в.), Абу Хатам Сиджистани, шиит Ибн Сакит Ахвази, Ибн Кутайба Динавари, Абу Ханифа Динавари (он был еще философом, математиком и историком), Абу Бакр ибн ал-Хайат Самарканди (IX в.), Хасан ибн ‘Абд Аллах ибн Марзбан Сира­фи Ширази (происходил из зороастрийской семьи, его отец принял ис­лам), Йусуф ибн Хасан ибн ‘Абд Аллах ибн Марзбан Сирафи, Абу Бакр Хваразми, родом из Табаристана, Ибн Халавийа Хамадани (X в.), Абу Муслим Исфахани (XI в.) и Наджм ал-А’имма Астарабади, известный как Рази (XII в.).
Иранцами являются некоторые ученые знатоки риторики, такие как вышеупомянутый ‘Абд ал-Кахир Джурджани, шиит Мухаммад ибн ‘Им­ран Марзбани Хурасани (ум. 981), считающийся первым распространителем науки о риторике, а также вышеупомянутый Сахиб ибн ‘Ибад Таликани (ум. 996), Саккаки Хваразми (XIII в.), Кутб ад-дин Ширази (ум. 1310), Тафтазани Нисаи или Сарахси (ум. 1389) и мир саййид Шариф Джурджани (ум. 1423).

Было много иранцев и среди лексикографов, среди них следует назвать таких ученых, как Джаухари Нишапури, автор книги «Саххах ал-лу­гат» («Исправитель терминов») (вторая половина X в.), Рагиб Исфахани (ум. 1170), Маджд ад-дин Фирузабади, автор книги «Камус ал-лугат» («Этимологический словарь») (ум. 1413), Майдани Нишапури, автор «ас-Сами фи-л-асами» («Обладающая превосходными качествами книга об именах») и «Маджма‘ ал-амсал» («Свод примеров») (ум. 1124), и др.
Иранцами быи и многие из исламских историков, в частности вышеупомянутые Абу Ханифа Динавари, Ибн Кутайба Динавари, Табари, а также Балазури (ум. 892), Абу-л-Фарадж Исфахани (ум. 967) и Хамза Исфахани (ум. 962).
Количество исламских историков огромно. Труды по истории в количественном отношении значительно превосходят работы по другим областям исламских наук.

Джирджи Зайдан пишет:

Мусульмане по количеству написанных ими книг по истории и ис­ториографии превзошли все остальные народы мира (за исключением современных народов). В книге по историографии «Кашф аз-зу­нун»[629] приведено более 13 тысяч названий книг по истории. И в это число не включены комментарии и разъяснения к ним, а также назва­ния книг, которые до времен автора не сохранились… Мас‘уди в своей книге «Мурудж аз-захаб» («Золотые копи») перечислил названия десятков написанных до него книг по истории…
В составлении истории ислама принимали участие народы разных стран и городов — от Андалусии (Ибн ‘Абд ал-Барр, Ибн Башкавал и Ибн Абар) до Египта (Макризи, Джамал ад-дин Кифти), Дамаска (Ибн ‘Асакир и Сафади), Ирака (Хатиб Багдади, ‘Абд ар-Рахман ибн ал-Джауз, Шамс ад-дин Абу-л-Музаффар ибн ал-Джаузи и Ибн Халликан Арбили, который по происхождению был иранцем) и Туниса (Ибн Халдун).

Кроме того, среди исламских авторов существовали различные направления историографических исследований — от жизнеописаний свя­тых и биографий отдельных людей (такие как жизнеописания пророков, деяния правителей) и до истории городов (такие как история Кума) и стран (история Египта и Сирии). Кроме них были история наук, т. е. история деятелей одного из научных направлений (такие как «Табакат ал-хукама» («История поколений философов»), «Табакат ал-атибба‘» («История по­колений врачевателей») и «Табакат ал-хуффаз» («История поколений знатоков Корана»)), и общая история (например, «Тарих-и Табари» и «Тарих-и Йа‘куби»). Были авторы, написавшие книги по исто­рической географии, такие как ал-Мукаддаси, автор «Ахсан ал-така­сим фи ма‘ри­фат ал-акалим» («Лучшие разделы в познании стран»), и Истахри Фариси, автор книг «Масалик ва-л-мамалик» («Пути и страны») и «Сувар ал-акалим» («Изображения климатов»).
Согласно мнению Джирджиа Зайдана, ссылающегося на Суйути, пер­выми исламскими историками были два автора, жившие в одно и то же время. Это Мухаммад ибн Исхак Матлаби, который был шиитом и мавали племени ‘айн ал-матар, и ‘Урват ибн аз-Зубайр, происходивший из рода сподвижника Пророка — Зубайра ибн ал-‘Авама. Но ‘аллама саййид Хасан Садр доказал, что первая книга по истории в исламский период была написана ‘Убайд Аллахом ибн Аби Рафи’ — писцом Повелителя Правоверных ‘Али (мир ему!), происходившим из египетских коптов. Она посвящена тем сподвижникам Пророка, которые поддержали ‘Али в бытность его халифом.

Если Мухаммада ибн Исхака Матлаби (автора жизнеописания Пророка), судя по эпитету маула, можно считать иранцем, то о двух других авторах после Абу Раби‘ Кибти Мисри следует сказать, что один из этих раннеисламских историков был иранцем, а другой — арабом. Но, конечно, разница между ними в том, что книга Мухаммада ибн Исхака ныне доступна, а труды двух последних авторов до нас не дошли.
Ибн ан-Надим в «ал-Фихристе» приводит имена историков первого столетия после возникновения ислама, которые были из мавали.
Мавали (мн. от маула), по-видимому, называли неарабов. Мне точно неизвестно, применялось данное слово только по отношению к иран­цам или это было нарицательным названием всех неарабских народов или неарабов, заключивших какой-либо договор с тем или иным арабским племенем. Во всяком случае Ибн ан-Надим называет часть историков маула, а затем относительно некоторых из них приводит дополнительное пояснение, отмечая, что они родом из различных мест Ирана. Так, среди историков он называет таких как Вакиди (ум. 822), Абу-л-Касим Хаммад ибн Сабур Дайлами (ум. 773), Абу Джанад ибн Васил ал-Куфи, Абу-л- Фадл Мухаммад ибн Ахмад ибн ‘Абд ал-Хамид ал-Катиб, ‘Алан Шу‘уби Кулайни Рази и др.

Конечно, нельзя преувеличивать и думать, что арабская литературная наука, включая синтаксис, морфологию, риторику, историю и другие ее направления, целиком основана иранцами. Среди арабских литераторов встречается много талантливых авторов, одна часть которых — арабы, другая — андалузцы, египтяне, сирийцы, курды, турки или византийцы. Но об этом в предыдущих главах этой книги мы достаточно подробно го­ворили и сейчас во избежание многословия останавливаться на этом не будем.
Среди арабских книг по литературе четыре из них считаются столпа­ми арабской литературной науки: «Адаб ал-катиб» («Правила поведения писателя») Ибн Кутайбы Динавари, «ал-Камил» («Полный свод») Мубаррида, «ал-Байан ва-л-табйин» («Изложение и разъяснение») Джахиза и «Навадир» («Диковинки») Абу ‘Али Кали.

Из числа авторов этих четырех книг иранцем является только Ибн Кутайба. Мубаррид — араб из племени азд, Джахиз — араб из племени канан, а Абу ‘Али Кали родом из Дийарбакра.
Ахмад Амин в своей книге «Духа ал-ислам» («Заря ислама»), ссыл­аясь на средневековые источники, утверждает, что три человека считались ав­торитетами в области арабской литературы и лексикологии, а также арабской науки. Ни до них, ни после них не появился никто равный им. Все другие своими достижениями обязаны эти трем ученым:

1. Абу Йазид Ансари Хазраджи (ум. 830).
2. Асма‘и (ум. 830), знаменитый литератор-лексиколог.
3. Абу ‘Убайда Му‘аммар ибн ал-Масна (ум. ок. 825).

Из них троих иранцем является только Абу ‘Убайда, а двое других — арабы: Абу Йазид — из племени хазрадж, а Асма‘и — из племени бахили.


_________________________
[618] См.: Ва‘из-заде. Баздид аз чанд кишвар-и ислами-йи ‘араби («Посещение нескольких мусульманских арабских странх») // Джабали-л-‘Амил фи-т-Та’рих («Горы Амила в истории»).
[619] Зайдан Джирджи. История исламской цивилизации. Т. 3. С. 104—105.
[620] Кийас (от араб. кийас — «аналогия») — суждение по аналогии, одна из категорий независимого суждения (ра’й). В целом кийас — это научная дисциплина в исламе, основанная на сопоставлении схематической модели решаемого вопроса с моделью уже решенного и выведении решения по его примеру.
[621] Ибн ан-Надим. ал-Фихрист. С. 305.
[622] Абу Джахл — прозвище, данное Пророком и первыми мусульманами ‘Амру ибн Хашиму ибн Мугайрату, известному под именем Абу-л-Хакам, который был одним из ярых противников Пророка и ислама.
[623] Садр, сеййид Хасан. Та’сис аш-ши‘а. С. 298.
[624] Там же. С. 298.
[625] Садр, cаййид Хасан. Та’сис аш-ши‘а. С. 40—61.
[626] Райханат ал-адаб. Т. 2. С. 213.
[627] Ибн ан-Надим. ал-Фихрист. С. 69.
[628] Там же. С. 75.
[629] Полное название книги «Кашф аз-зунун ‘ан асами-л-китаб ва-л-фунун» («Раскрытие догадок относительно названий книг и научных направлений»); труд известного турецкого исследователя Хаджи Халифы Мустафа ибн ‘Абд Ал­лаха Катиба Чалаби (1608—1657), в котором даны названия 14 500 книг на персидском, арабском и турецком языках с указанием имен их авторов. В книге также даны основные определения многих исламских наук и научных направлений. Автор трудился над этой книгой в течение двадцати лет и завершил ее в 1653 г.