Исламское правление
  Если факих сидит в углу своей кельи и не вмешива­ется в дела общества, не защищает законы Ислама, не распространяет обычаи, никоим образом не участвует в жизни мусульман, не заботится о них, можно ли его называть "крепостью Ислама" или защитником Ислама?

Если глава правительства прикажет чиновнику или командиру: "Иди защищать такую-то область", разве его обязанность, как преемника власти, будет: идти домой и спать, позволив врагам прийти и напасть на вверенную ему территорию?

Теперь, если вы говорите, что защищаете хоть неко­торые из обычаев Ислама, позвольте мне задать вам вопрос. Приводите ли вы в исполнение уголовные законы Ислама и санкции, что он предписывает? Вы будете вы­нуждены ответить: нет. Так появилась трещина в защитной стене, окружаю­щей Ислам, хотя вы, возможно, были его хранителями. Тогда я спрошу вас: "Охраняете вы границы Ислама, территориальную неприкосновенность Исламского отечест­ва?" На это ваш ответ будет: "Нет, наша задача только молиться!" Это значит, что часть вашей стены рухнула.

Теперь я спрошу вас: "Берете ли вы у богатых то, что они должны бедным, и передаете ли это последним? Ведь это ваш исламский долг — брать у богатых и от­давать бедным". Ваш ответ будет: "Нет, это нас не ка­сается. По воле Аллаха придут другие и сделают это".

Тогда другая часть стены рухнет, и вы окажетесь в ситуации, подобной той, в которой оказался Шах Султан Хусайн, ожидавший падения Исфахана[96] .

Что это за крепость? Каждый угол ее занят "столпом Ислама", который только и может, что оправдываться. Это мы называем "крепостью?"

Смысл утверждения Имама, что когда фукаха явля­ются крепостью Ислама, в том, что они должны защищать Ислам и делать все, чтобы выполнить свой долг. Это их главная обязанность, безусловная и абсолютная! Этому фукаха Ислама должны уделить особое внимание. Рели­гиозные учебные заведения должны формировать это по­нятие в умах студентов и обеспечить себе средства и силы, необходимые для защиты Ислама всеми возможными пу­тями, как это делали Благороднейший" Посланник и Има­мы (мир с Ними), защищая веру, законы и институты самым тщательным образом.

Мы отказались почти от всех аспектов нашего долга, ограничивая себя от продолжения его исполнения из по­коления в поколение, исполняем только малую часть Ис­ламского закона, обсуждая его между собой, многие обряды Ислама стали лишь частью тайных наук, и сам Ислам стал чужим, уцелело только его имя.

Все уголовные положения Ислама, которые являются лучшим уголовным кодексом, когда-либо предложенным человечеству, совершенно забыты; от них не осталось ничего, кроме названия. Что касается коранических сти­хов, обусловливающих наказания и санкции: "Ничего не остается от них, кроме их декламации"[97] . Например, мы читаем стих "Прелюбодея и прелюбодейку — поби­вайте каждого из них сотней ударов" (24:2), но мы не знаем, что делать, когда сталкиваемся с фактом прелю­бодеяния. Мы только декламируем стих, но не приводим его в исполнение. Современное состояние нашего общества, состояние исламского единства, засилье похоти и корруп­ции, защита адюльтера нашими правителями — это все нас не касается! Достаточно того, что понимаем, какое наказание должно быть определено прелюбодею и прелю­бодейке, а кто будет исполнять это — не наше дело! Хотя знаем, как страдает от адюльтера наше общество!

Я вас спрашиваю, разве таким путем шел Благород­нейший Посланник (мир и благословение с Ним)? Разве Он довольствовался только чтением Корана, чтобы затем отложить его в сторону и забыть об исполнении предпи­санных законов? Такова ли была практика преемников Пророка? Разве говорили они людям: "Дальнейшие ваши дела нас не касаются?" Или они не назначали наказания нарушителям закона — битье кнутом, побивание камнями, пожизненное заключение, изгнание? Изучите разделы исламского закона об уголовном праве и кровных день­гах — вы увидите, что это часть Ислама. Ислам прихо­дит, чтобы навести порядок в обществе, руководство и правление[98] нужны для установления порядка.

Наш долг защищать Ислам. Это важнейшая обязан­ность, возложенная на нас, это даже более важно, чем молитва, пост. Ради этого иногда должна быть пролита и кровь. Нет крови более священной, чем кровь Имама Хусайна, ведь она была пролита за Ислам, за священную природу Ислама. Мы должны это хорошо понимать и убеждать в этом других. Вы можете стать истинными последователями Пророка (мир и благословение Ему), как защитники Ислама, если будете учить людей Исламу, а не говорить: "Подождем, пока придет Имам Века". Будете ли вы откладывать молитву до прихода Имама? Защита Ислама даже более важна, чем молитва. Согласитесь ли вы с логикой правителя Хумайна[99], который повторял: "Мы должны способствовать греху, так, чтобы пришел Имам Века. Если грех не. возобладает (над миром), Он не появится"[100] . Не сидите здесь, споря друг с другом. Изучайте Ислам и пропагандируйте его постулаты устно и письменно, пишите и издавайте книги. Это возымеет успех, мой опыт тому доказательство.

Али свидетельствует со слов своего отца, слышавшего от ан-Навфали, к которому это пришло от ас-Сукуни, которому рассказал Абу-Абдулла (мир и благословение с Ними), что Благороднейший Посланник (мир и благосло­вение с Ним) сказал: "Факихи — опекуны пророков, по­ка они не погрязли в порочных желаниях, удовольствиях, богатстве этого мира". Тогда Пророк (мир с Ним) сказал: "О, Посланник Бога! Как мы узнаем, что они сделали это?". Тот ответил: "Увидев, что они вторят властям. Если они так поступают, бойтесь за религию и остере­гайтесь их"[101] . Исследование всего этого хадиса вовле­чет нас в бесконечную дискуссию. Мы начнем обсуждать фразу: "Факихи есть опекуны пророков", хотя нас больше интересует предмет правления факиха.

Сначала мы должны рассмотреть, каковы обязанности, права и функции пророков, чтобы выяснить обязанности факихов, опекунов и преемников пророков по очереди.

В соответствии с истинной сущностью религии назна­чение посылаемых пророков — не просто решение опре­деленных проблем и установление религиозных обычаев. Судопроизводство и обряды возложены на Пророка (мир

и благословение с Ним), чтобы Он и Имамы убедили людей в правильности этих обрядов и назначили святых муфтиев[102] и передали веру факихам, чтобы те также учили людей без препятствий. Выражение "факихи — опекуны пророков" не значит, что факихи юридически опекают пророков. Ведь фактически важнейшая функция пророков (мир всем Им)— это установление справедливой социальной системы через законы и обряды, которые, естественно, сопровождаются распространением учения и веры. Это явствует из следующего стиха Корана: "Мы послали Наших посланников с ясными знамениями и низ­вели вместе с ними Писание и Весы, чтобы люди стояли в справедливости" (57:25). Общая цель послания проро­ков — чтобы люди строили свои социальные отношения по справедливости и гуманности. Это возможно только при установлении истинного исламского правления на базе за­конов, которые переданы самим Благороднейшим Послан­ником (да будет мир и благословение с Ним) или Его Преемником.

Аллах Всемогущий говорит относительно хумса: "И знайте, что если вы взяли что-либо в добычу, то Алла­ху — пятая часть, и посланнику, и родственникам" (8:41). Относительно заката Он говорит: "Возьми с имуществ их милостыню" (9:103). Есть и другие священные указания о формах налогов. Благороднейший Посланник имел обязанность не только разъяснять эти обычаи, но и применять их, он был обязан как нести людям знания, так и практически их применять. Он был обязан взимать налоги хумс, закат, харадж и тратить собранное достояние на нужды мусульман, устанавливать справедливые отно­шения между народами и внутри самого исламского об­щества, применять законы и защищать неприкосновенность границ государства, защищать Ислам от искажения.

Тогда Аллах Всемогущий назначил Благороднейшего Посланника (мир и благословение с Ним) главой общества и обязал людей подчиняться Ему: "Повинуйтесь Аллаху и повинуйтесь Посланнику и обладателям власти среди вас" (4:59). Смысл этого высказывания не в том, чтобы соглашаться со всем, что назначает Пророк. Согласие с обычаями религии — это подчинение Аллаху, все дейст­вия согласуются со священными обрядами, в этом тоже — подчинение Божественной воле. Следовать заветам Благороднейшего Посланника — это не просто следовать обрядам, это нечто другое. Конечно, повиноваться Благо­роднейшему Посланнику — значит, в определенном смысле, повиноваться Аллаху; мы повинуемся Пророку, потому что так велел нам Аллах. Но если, например, Пророк, как вождь и лидер исламского общества, приказывает всем вступить в армию Усамы, то никто не смеет отка­заться; это приказ Пророка, не повеление Аллаха. Аллах, вручил Ему правление, и, согласно интересам' мусульман, Он формирует и мобилизует армию, назначает и снимает правителей и судей.

Принцип "Факихи есть опекуны пророков" означает, что все задачи, возложенные на пророков, должны выпол­няться и справедливыми факихами, как их собственный долг. Справедливость — это, правда, более широкое по­нятие, чем верность, и, возможно, что кто-либо может быть очень надежным, верным в финансовых делах, но не справедлив в общем смысле. Однако, те, кто назван в пункте: "Факихи — есть опекуны пророков", это те, кто не сомневается ни в одном из законов или обрядов, кто чист я незапятнан, как указано в условии: "Если они не .погрязнут в похотливых вожделениях, удовольствиях и богатстве этого мира", то есть, если они не опустятся в скверну всеобщих амбиций. Если факих имеет целью накопление мирских богатств, он более не является чест­ным, справедливым и не может быть опекуном Благород­нейшего Посланника (да будут мир и благословение с Ним) и исполнителем обрядов Ислама. Только те факихи честные, которые способны правильно исполнять обряды Ислама и твердо устанавливать его институты, исполняя уголовные предписания Исламского закона и храня чис­тоту и территориальную целостность Исламского отечест­ва. Короче говоря, выполнение законов и предписаний правления ложится на факихов: взимание хумса, заката, садака, ' джизйа и хараджа и распределение собранных денег в соответствии с интересами общества, внедрение уголовных предписаний закона и осуществление наказания (которое должно происходить под прямым контролем ру­ководителя, чтобы это не приходилось выполнять ближай­шим родственникам убитого), охрана границ и. общественного порядка.

Поскольку Благороднейший Посланник (мир и благо­словение с Ним) был назначен исполнять священные об­ряды и устанавливать институты Ислама, и поскольку Всемогущий Аллах поставил Его над мусульманами вож­дем и руководителем, то и факихи должны быть вождями и руководителями, внедряя обычаи и устанавливая инсти­туты Ислама»

Коль скоро исламское правление есть правление пра­вовое, те, кто знаком с законом или, лучше сказать, с религией, то есть факихи, должны обеспечить исполнение возложенного на них. То есть, они должны осуществлять исполнительную и административную власть вместе с пла­нированием.

Факихам доверяется внедрение священных порядков по взиманию налогов, охране границ, исполнению уголовных предписаний закона. Они не должны допускать нарушений или искажений Исламских законов. Если факих хочет наказать прелюбодея, он должен дать ему публично сто плетей, чтобы это было выполнено в точности. Он не имеет права добавить ни единой плети, проклянуть его, оскорбить или посадить в тюрьму хоть на сутки. Также, собирая налоги, он должен руководствоваться критериями Ислама, он не имеет права взять даже шахи[103] вразрез с тем, что предписывает закон. Он не должен допустить беспорядка в делах народного достояния, чтобы даже такая малость, как шахи, была утеряна. Если факих действует вразрез с критериями Ислама (не допусти, Господи!), он должен быть автоматически смещен с должности, посколь­ку он сразу лишается своего звания опекуна.

Закон — настоящий правитель; безопасность гаранти­руется законом, закон их прибежище. Мусульмане и люди вообще свободны в рамках закона; когда они действуют в этих рамках, никто не может им сказать: "Сядь здесь", "Иди туда"/ Исламское правление не такой тип государ­ства, когда люди лишены безопасности, когда они вынуж­дены сидеть дома, дрожа от страха перед внезапным нападением агентов государства. Именно так было при Муавийа[104] и подобных ему правителях: люди не были в безопасности, их убивали и грабили, держали в тюрьмах неопределенный период в страхе перед наказанием или вообще в неведении, поскольку правление не было ислам­ским. Если бы было установлено Исламское правление, все жили бы в полной безопасности под защитой закона, и никакой правитель не был бы вправе предпринять ни малейшего шага, не предусмотренного шариатом.

Слово "опекун" используется в том смысле, что фа­кихи исполняют вверенные им дела согласно законам Ис­лама, а не просто опекают кого-то. Было ли это функцией Имама? Разве они только пропагандируют закон? Это ли было функцией пророков, которым воспоследовали факи­хи? Выносить решение по закону и пропагандировать за­кон является, конечно, одним из измерений фикха. Но Ислам рассматривает закон как средство, как орудие ис­полнения, а не сам по себе. Закон — это инструмент для установления справедливости а обществе, средство для нормального и интеллектуального усовершенствования че­ловека, его очищения. Закон существует, чтобы его при­меняли для установления справедливого общества, которое воспитает морально и духовно совершенного человека. Внедрять священный порядок считалось самой главной обязанностью пророков.

Есть традиция Имама Риза (мир с Ним), в которой он говорит примерно следующее: "Стойкий, твердый, на­дежный Имам необходим обществу, чтобы оградить его от упадка", затем следует, что факихи — опекуны пророков. Соединяя обе половины традиции, мы приходим к заклю­чению, что факихи должны быть вождями людей, чтобы защитить Ислам от упадка, а его установления от недей­ственности.

Поистине это верно, потому что справедливые факихи не имели исполнительной власти в землях, населенных мусульманами, и их правление не было установлено. Ис­лам пришел в упадок и его обряды временно бездейству­ют. Слова Имама Риза исполнились, опыт убеждает в их правдивости.

Разве не пришел Ислам в упадок? Разве исполняются исламские законы в исламских странах? Уголовные пред­писания закона не исполняются: обряды Ислама забыты, институты Ислама исчезли; царствуют хаос, анархия и беспорядок — разве это не значит, что Ислам пришел в упадок? Разве Ислам — это только записи в книгах, подобных ал-Кафи, да и то заброшенные? Если обычаи Ислама не приняты и уголовные предписания закона не выполняются, а преступники, угнетатели и раз­вратники остаются безнаказанными, пока мы успокаиваем себя, лишь храня книги, целуя их и оставляя в стороне (относясь таким образом даже к самому Корану) и читаем Йа Син в ночь Четверга[105]—- можем мы сказать, что Ислам защищен?

Поскольку многие из нас действительно не верили, что исламское общество может быть приведено в порядок с помощью Исламского правления, дошло до того, что му­сульманские страны не только не соблюдают исламский порядок, пользуясь продажными законами вместо ислам­ских, но исповедование Ислама признается устаревшим даже среди улама. Поэтому, когда поднимается такой вопрос, они говорят, что традиция "факихи — опекуны •пророков" может использоваться только в юридическом смысле. Игнорируя строки Корана, они искажают смысл и других традиций, которые предписывают исламским ученым исполнять исламские законы во время Сокрытия. Может ли опекунство быть ограничено таким образом? Разве опекун не обязан ограждать порядки Ислама от бездействия, а преступников от избежания наказания? Ох­ранять. богатства страны от расхищения, грабежа и непра­вильного использования?

Очевидно, что все эти задачи требуют существования опекунов и что долг факихов принять на себя бремя нести их, исполнять их справедливо и твердо.

Вождь Правоверных (мир с Ним) сказал Шурайху[106] : "Место (судьи), занятое тобою, предназначено пророку, на­следнику пророка или грешному негодяю"[107] . А раз Шурайх не был ни пророком, ни наследником пророка, значит, он был грешным негодяем, занявшим место судьи. Шурайх занимал место судьи в Куфе на протяжении пяти­десяти или шестидесяти лет. Тесно связанный с партией Муавийа, Шурайх выносил фатвы[108], выгодные ему самому, и кончил, тем, что стал выступать против Ислам­ского государства. Вождь Правоверных был не в силах сместить его во время своего правления, так как его защи­щали влиятельные фигуры, основываясь на том, что его назначили Абу Бакр и Умар, а их решение не подлежит отмене. Шурайх, таким образом, обманывал Вождя Право­верных, который не раз говорил, что Шурайх обходит за­коны в своем судопроизводстве.

Из этой забытой традиции явствует, что положение судьи может исполняться только пророком или наследни­ком пророка. Никто не оспорит факта, что функция судьи принадлежит факихам, в соответствии с указаниями Ис­лама. Подобного единодушия нет по вопросу о руководстве факихов. Такие ученые, как Нараки[109] или, из по­следних деятелей, Наини [110](108) считали, что исполнитель­ные функции Ислама должны возлагаться на факихов, тогда как другие ученые так не считали. Но нельзя сомневаться, что функция судьи принадлежит справедли­вому факиху: это бесспорно.

Принимая во внимание, что факихи не имеют ранга пророчества и что они никак не "негодные грешники", можно заключить, что в свете вышеозначенной традиции, они должны быть наследниками или последователями, пре­емниками Благороднейшего Посланника (мир и благосло­вение с Ним). Поскольку, однако, выражение "наследник пророка" вообще воспринимается как его непосредствен­ный преемник, эта и подобные традиции могут приме­няться к факихам только в редких случаях. Прямым наследником Благороднейшего Посланника был, конечно, Вождь Правоверных (мир с Ним), за которым последовали Имамы (мир с Ними), и дела людей были поручены им. Но никто не может себе представить, что функции уп­равления или судопроизводства были привилегией Има­мов. Руководство было поручено им только потому, что они были более всех способны установить справедливое правление и внедрить социальную справедливость среди людей. Духовный статус Имамов, который превосходит человеческое понимание, не имеет ничего общего с их назначением на должности. Если бы Благороднейший По­сланник не назначил Вождя Правоверных своим преемни­ком, тот все равно обладал бы своим духовными качествами. Исполнительная власть в правлении не дает духовного сана или привилегий человеку, напротив, ду­ховный сан и его личные качества дают человеку право принимать на себя бразды правления и гражданскую ответственность.

В любом случае мы выводим из традиции, приведенной выше, что факихи суть наследники Благороднейшего По­сланника (мир и благословение с Ним) и что все задачи, возлагавшиеся им на Имамов (мир с Ними), переходят к факихам; все задачи, что выполнялись Посланником, они тоже должны выполнять, так, как это делал Вождь Пра­воверных (мир с Ним).

Есть и другая традиция, которая может служить доказательством наших тезисов, традиция, которая предпоч­тительна как в части передачи, так и в части значения. То, что пришло к нам из этой традиции через Кулайни,— ее слабое звено, а то, что мы знаем через Садука и затем Сулаймана ибн Халида,— это надежно и досто­верно. Вот эта традиция. Имам Джафар ас-Садык[111] сказал: "Воздержитесь от судопроизводства, потому что судопроизводством надлежит заниматься Имамам, которые сведущи в законах и процедуре суда и которые справед­ливы к мусульманам, это должны делать пророки или наследники пророков".

Заметьте, что личность, которая собирается сидеть в суде, должна, быть прежде, всего имамом. Под словом "имам" здесь имеется в виду лексическое значение "ли­дер", "ведущий"— не специальное техническое значение. В этом контексте сам Пророк считается имамом. Если взять техническое значение слова имам, то подразумева­ется наличие атрибутов справедливости, а знание имамом традиции ценилось еще выше. Во-вторых, желающие ис­полнять функции судьи, должны владеть необходимыми знаниями, Если имам не компетентен в законах и судебной .процедуре, то он не имеет права быть судьей. В-третьих, он должен быть справедливым. Таким образом, чтобы занять место судьи, необходимы три качества: надо быть лидером, обладать знанием закона, быть честным, спра­ведливым. Традиция предполагает, что три эти качества вместе могут принадлежать только пророку или наследнику пророка.

Я утверждал ранее, что функция судьи принадлежит исключительно честному факиху; это фундаментальный аспект1 фикха, который не подлежит обсуждению. Давайте теперь рассмотрим, присутствуют ли три вышеуказанные качества у факиха. Очевидно, мы будем иметь дело толь­ко со справедливым факихом, не с любым. Факих, по определению, есть сведущий в делах, касающихся функции судьи, поскольку термин факих относится к тому, кто изучил не только законы судопроизводства Ислама, но также доктрины, институты и этику веры, короче говоря, факих — есть религиозный эксперт в самом ши­роком смысле слова. Если, вдобавок, факих честен, спра­ведлив, то он обладает уже двумя необходимыми качествами. Третье качество — он должен быть имамом, в смысле "лидером". Теперь мы доказали, что справед­ливый факих занимает место судьи и руководителя, согласно указанию Имама (мир с Ним). Далее Имам отмечал, что три необходимые квалификации могут быть обнаружены только Пророком или наследником Пророка. Раз факихи — не пророки, они тогда должны быть наследниками или последователями пророков. Поэтому мы приходим к заключению, что факих есть наследник Бла­городнейшего Посланника (мир и благословение с Ним) и, вдобавок, во время Сокрытия Имама, он — лидер мусульман и глава общества. Единственно он может ис­полнять функции судьи, и никто другой не имеет права занимать это место[112].

Третья традиция относится к подписанному Имамом указу, из которого можно сделать определенный вывод.

В книге Икмал ад-Дин ва Итман ан-Ни’ма[113] есть письмо Исхака ибн Йакуба к Имаму Века[114] (Аллах да ускорит Его появление), в котором он умолял Его о решении некоторых возникших проблем, и Мухаммад ибн

Усман аль Умари[115], представитель имама, передал Ему письмо. Просьба была издана, написанная благословенной рукой имама: «Во вновь возникших общественных условиях, вы должны обратиться за руководством к тем, кто владеет вашими традициями, я указываю вам на них, как Господь указал на меня».

Во фразе «вновь возникшие общественные условия» (хавадис аль вакийя) подразумеваются не юридические случаи и порядки. Автор письма не собирался рассказывать, как надо поступать в беспрецедентных юридических случаях. Такие ответы всегда можно найти в шиитском направлении Ислама. Неоспоримая традиция говорит, что в подобных случаях необходимо обращаться к факихам. Действительно, люди могли обратиться к факихам даже тогда – при жизни имамов (мир с ними!) Живя во время малого сокрытия и, общаясь с четырьмя представителями имама, тот, кто написал прошение, и получил ответ, должен был знать, к кому обращаться за решением юридических дел. Под «хавадис аль вакийя» понимаются вновь возникшие ситуации и проблемы, которые волнуют мусульман. Вопрос Исхака ибн Якуба был «Теперь, когда мы не имеем доступа к тебе, что нам делать с новыми социальными проблемами? В чём наш долг?» Или он мог коснуться конкретных случаев и спросить: «Кому обраться с этим вопросом?» Но, видимо вопрос был общим и Имам ответил ему в общем: «С подобными вопросами и проблемами вам надлежит обращаться к тому, кто сведущ в наших традициях, т.е. к факихам. Они - моё доказательство, как я – доказательство Аллаха».

Что значит «доказательство Аллаха?[116]» Что вы под этим понимаете? Может ли одна традиция служить доказательством? Если Зурара[117] токовал традиции, служило ли это доказательством ? Сравним ли Имам Века в авторитетности с Зурарой? Которого мы чтим как глашатая традиции благороднейшего Пророка (мир и святость с ним!)? Когда сказано, что руководитель – доказательство Аллаха значит ли это, что он «доказательство» только в деталях закона верности юридического суждения? Благороднейший посланник Аллаха сказал: «Я теперь ухожу, и вождь правоверных будет для вас моим доказательством». Делаете ли вы из этого вывод, что после ухода пророка все вопросы решены кроме юридических, и это единственное что возложено на вождя правоверных? Или напротив термин «доказательство Аллаха» значит, что как благороднейший посланник был доказательством авторитетного правления людьми, как Аллах назначил Его быть руководителем, так и факихи ответ­ственны за все дела и управление людьми.

"Доказательство Аллаха"— это тот, на кого указал Аллах, чтобы управлять делами; все его дела, поступки, высказывания есть доказательство для мусульман. Если кто-то совершает проступок, следует обращаться к "дока­зательству" за разъяснением и решением дела. Если "до­казательство" приказывает вам сделать что-то, привести в исполнение уголовное предписание закона или потратить средства, собранные в виде налога, закат и садака[118] , а вы не послушаетесь его, тогда Аллах Всемогущий направит "доказательство" против вас в Судный День. Если, не­смотря на существование "доказательства", вы обратитесь за решением ваших дел к властям угнетателей, тогда Всемогущий Аллах опять же обратится к "доказательству" как к аргументу против вас в Судный День, говоря: "Я дал вам доказательство, почему вместо него вы обратились к угнетателям и к судебной системе неверных?" Таким же образом Аллах назначил Вождя Правоверных (мир с Ним) "доказательством" против тех, кто ослушался и пошел неверным путем. И против тех, кто принял хали­фат, против халифов Муавийа и Умаййадов, против Аббасидов и тех, кто действовал по их указаниям, направлены слова: "Почему вы приняли на себя руковод­ство мусульманами? По какому праву вы установили ха­лифат и правление, вы, неверные?".

Аллах предъявляет обвинения правителям и правитель­ствам угнетателей, которые действовали против критериев Ислама, вопрошая: "Почему вы угнетали? Почему вы расхищали имущество мусульман? Зачем вы устраивали тысячелетние юбилеи?[119] . Зачем вы тратили народные деньги на коронацию [120] и устраивали отвратительные фестивали по этому поводу?" Если кто-то из них ответил бы; "Таковы были обстоятельства, я не мог действовать справедливо, или умерить свои претензии, отказаться от роскошных дворцов; я короновался во имя своей страны и той степени прогресса, которой мы достигли",— ответом им было бы; "Вождь Правоверных тоже был правителем, он правил мусульманами и целым мусульманским , коро­левством. Разве вы были более усердны, чем он — под­держивая славу Ислама, мусульман, исламского отечества? Было ваше королевство более обширным, чем его? Страна, которой вы управляли, составляла лишь часть его коро­левства, к которому относились тогда Ирак, Египет и Хиджаз, не только Иран. Несмотря на это, его резиден­цией была мечеть, в одном углу которой была скамья судьи, а в другом — армия готовилась к бою. Армия состояла из людей, которые регулярно творили молитву, которые были твердыми в исламской вере, вы знаете, как быстро эта армия собиралась и каких результатов доби­валась!"

Сегодня факихи являются доказательствами Ислама для народа. Как Благороднейший Посланник (мир и свя­тость с Ним) был доказательством Аллаха — Ему были вверены все дела, а кто ослушался Его — имел доказа­тельство против себя, так факихи — суть доказательство Имама (мир с Ним) для людей. Все дела мусульман вверяются им. Бог направит свои доказательства и аргу­менты против тех, кто не будет им подчиняться в чем бы то ни было, в делах управления, гражданских делах мусульман или распределении общественных фондов.

Значение только что упомянутой традиции не подле­жит сомнению, хотя могут быть разночтения по поводу ее передачи. Так или иначе, она подтверждает ранее приведенные доказательства.

Следующая традиция в поддержку наших тезисов — макбула[121] Умара ибн Ханзала. Поскольку эта тради­ция связана с определенным стихом Корана, мы должны сначала поговорить о самом стихе и предыдущем стихе, чтобы быть готовыми к обсуждению самой традиции.

"Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.

Аллах, поистине, повелевает вам возвращать доверенное имущество владельцам его и, когда вы судите среди людей, то судить по справед­ливости. Ведь Аллах — как прекрасно то, чем Он нас увещает!— ведь Аллах — слышащий, видящий!

О вы, которые уверовали! Повинуйтесь Аллаху и повинуйтесь по­сланнику и обладателям власти среди вас. Если же вы препираетесь о чем-нибудь, то верните это Аллаху и посланнику, если веруете в Аллаха и в последний день. Это — лучше и прекраснее по исходу" (4:58-59).

В этих стихах Аллах велит нам вернуть имущество его владельцам. Некоторые считают, что "имущество" здесь имеет двоякое значение: достояние, принадлежащее людям (то есть их собственность) и принадлежащее Со­здателю (то есть обряды шариата)[122] . Смысл возвра­щения священного имущества будет в полном и правильном исполнении положений Ислама. Другие счи­тают, что под "имуществом" надо понимать имамат (121). Действительно, есть традиция, которая отмечает: "Мы (Имам, мир с Ним) суть те, к кому обращен этот стих "Всемогущий Аллах повелел Благороднейшему Посланнику и Имамам возложить управление и руководство на их полноправных владельцев. Так пророк возложил управление на имама Али, который возложил его на своего преемника и каждого своего преемника из Имамов в свою очередь». Стих далее гласит: «Действовать по справедливости, управляя людьми». Это обращено к людям, которые держали в своих руках бразды правления и осуществляли дела правительства – не судьям, поскольку судья только осуществляет юридическую функцию, не отдельным членам правительства. Судья – правитель только в определённом смысле, законы, которые он издаёт, исключительно юридические, не государственные. Действительно, при тех формах правления, что появились в последние века, судьи представляют собой одну из трёх отраслей власти, две другие – исполнительная (совет министров) и законодательная или планирующая (ассамблея или парламент). Юриспруденция – одна из отраслей правления и выполняет одну из задач правления.

Отсюда мы должны заключить, что фраза «Когда вы правите людьми» относится ко всем делам правления, включая судей и другие власти.

Теперь мы установили, что раз все, касающееся религии есть священное достояние, достояние, которое надо вернуть его законным владельцам, частью этого достояния неизбежно будет и правление. Значит, в соответствии с этим стихом, осуществление всего правления должно базироваться на справедливости, или, иначе говоря на законах Ислама и обрядах шариата. Судья не имеет права вынести неверное решение, то есть имеющее неправовую ос­нову, не основанную на Исламе, не может он и отправлять процедуру не по Исламу, искажая священное учение. Например, когда планируется финансовая программа на­ции, нельзя допустить неправильных налогов на крестьян, работающих на землях, принадлежащих общине, обрека­ющих их на приведение земель в негодность и ведущих к разрушению сельскохозяйственной структуры в целом. Если исполнительная ветвь правления хочет внедрить пра­вовые нормы и уголовные предписания, она не должна выходить за рамки положенного по шариату, назначать лишние плети или оскорблять провинившегося.

После того, как Вождь Правоверных (мир с Ним) отрубил руки двум ворам, Он выказал к ним такое уча­стие и заботу, что они стали Его горячими сторонниками. В другой раз Он услышал, что кто-то из грабительской армии Маувии украл ножной браслет с ноги женщины зимми. Он так растерялся, его чувства были настолько оскорблены, что он высказал всё это в своей речи: «Если кто-то в подобном состоянии, как я сейчас умрёт, никто не вправе упрекнуть его». Но, несмотря на такую чувствительность, амир правоверных точил свой меч, когда нужно были крушить творцов мерзости – со всей силой на какую он был способен. Вот настоящий пример справедливости. Благородный пророк превосходный пример справедливого правителя. Когда он приказывал занять определённую территорию, сжечь определенные места, уничтожить определённую группу, чьё существование причиняло вред Исламу, мусульманам и человечеству вообще, его приказы были справедливы. Если бы он не отдал таких приказов, он поступил бы против справедливости, потому что это означало бы небрежное отношение к Исламу.

Любой, кто руководит мусульманским и не мусульманским обществом должен руководствоваться общественными интересами, а не своей личной выгодой, не своими чувствами. Поэтому Ислам готовит мусульман подчинять личные интересы общественным и искоренять всё, что наносит вред обществу.

Поскольку иудеи из племени бани Курайза беспокоили мусульманское общество, ввергая его в смуту и подтачивая Ислам и исламское государство, посланник Аллаха уничтожил их[123].


_________________________
[96] Шах Султан Хусайн был последним монархом династии Сефевидов, которая правила Ираном с начала XVI по второе десятилетие XVIII века. Наименее компетентный среди Сефевидских правителей, он отдал свои силы буйству и не смог организовать оборону против афганских завоевателей своей столицы Исфахана, который пал в 1772 г. после шестимесячной осады. См.: Л. Локарт, Падение ди­ настии Сефевидов (Кембридж, 1958), с. 144-170.
[97] Часть продолжительного хадиса о сновидении, в котором Посланник провидел злодеяния Умаййадов
[98] Выражение, переведенное здесь как "руководство",— это имамат-и итибари; см. прим. 62.
[99] Хумайн: родной город Имама Хомейни.
[100] Поскольку Имам Века, то есть Двенадцатый Имам, явится из своего Сокрытия в то время, когда несправедливость заполнит землю, иногда думают, что все добрые дела, исправляющие неспра­ведливость, должно отложить до его прихода.
[101] См.: Кулайни, ал-Кафи, I, 118-119.
[102] Муфти: ученый, который высказывает авторитетное мнение по воп­росам права.
[103] Шахи: прежде — мелкая иранская денежная единица достоинством в 1/12 риала, ныне вышедшая из употребления.
[104] Муавийа: первый из Умаййадских халифов и противник Имама Али. Он правил с 41 X. /661 по 60 X./ 680 годы
[105] Йа Син: 36-я сура Корана. Это чтение, рекомендуемое как особенно заслуживающее похвалы в некоторых случаях, среди них — ночь Четверга, потому что она ведет к Пятнице — лучшему из всех дней.
[106] Шурайх: более полно — Шурайх ибн ал-Харис ал-Кинди, судья Куфы, назначенный Умаром. Он сохранял свое положение при Усмане, Али и Умаййадах и умер столетним в 87 Х./706 г.
[107] Из Васаил аш-Шиа, собрания шиитских традиций Мухаммада Ха­ сана ал-Хурр ал-Амули (умер в 1104 Х./1693 г.).
[108] Фатвас: множественное число от фатва (авторитетное мнение по вопросам права)
[109] Нараки: или — Хадж Мулла Ахмад Нараки, видный ученый начала XIX века, умер в 1244 Х./1829 г. Он был не только плодовитым автором, но также неоднократно конфликтовал с монархом своего времени — Фатхом Али Шахом. См.: Хамид Алгар Религия и государство в Иране в 1785-1906 годах (Беркли, 1969), с. 57, 89.
[110] Наини: или — Мирза Мухаммад Хусайн Наини, видный ученый начала XX века (1277 Х./1860 — 1354 Х./1936 гг.), относительноего книги о политической теории шиизма Танбих ал-Умма ва Танзих ал-Милла см.: Абдул-Хади Хаири, Шиизм и конституцио­нализм в Иране (Лейден, Нидерланды, 1977), с. 165-220.
[111] Имам Джафар ас-Садык: шестой из Двенадцати Имамов (83 Х./702- 140 Х./757). Упоминается также как Имам Садык, особенно значительной была его роль в развитии религиозных наук. Был отравлен и предан мученической смерти по указанию аббасидов
[112] Технический смысл слова имам есть тот, который оно обретает, когда применяется к Двенадцати Имамам, которые были не только преемниками Пророка, но также одарены высочайшими духовными достоинствами.
[113] Икмал ад-Дин ва Итман ан-Нима: труд Шайха Садука о Сокрытии Имама, и написанная по указанию Имама.Махди.
[114] Имам Века: Двенадцатый Имам..
[115] Мухаммад ибн Усман ал-Умари: второй представитель (сафир, "посланник".— Ред.) Имама во время Малого Сокрытия. См. прим. 27.
[116] Обозначение худжжат ("доказательство"), данное Имамам, имеет двоякий смысл. Во-первых, благодаря проявляемым ими качествами, они доказывают бытие Бога и истинность явленной Им религии. Во-вторых, они обосновывают доказательства, которые будут выдвинуты в Судный День против тех, кто утверждает, что не был осведомлен о Законе Божием. См.: Абдулазиз Абдулхуссейн Саджедина, Исламский мессианизм (Олбени, Нью-Йорк, 1980), с. 66-67.
[117] Зурара: более полно — Абд Раббих Зурара ибн Айан, знаток тра­диций четвертого, пятого и шестого Имамов. Умер в 150 Х./767 г.
[118] Садака: добровольные пожертвования, собираемые мусульманским государством для расходов на благотворительные цели.
[119] .Шах.организовал пошлое и преступное, расточительное празднова­ние двух с половиной тысячелетий монархического правления в октябре 1971 г., приблизительно спустя два года после чтения этих лекций в Наджафе. Однако, приготовления к событию начались не позднее 1960 г.
[120] В 1967 г. шах короновал себя и свою жену.
[121] Макбула: хадис, на который можно сделать допустимые ссылки.
[122] См., например: Исмаил Хакки ал-Бурусави, Рух ал-Байан (Стамбул, 1390 Х./1970), II, 227-228.
[123] Бану Курайза были иудейским племенем, проживавшим в Медине. Во время "битвы у Рва"* пятый год Ислама, они вошли в сговор с мекканскими силами язычников, которые напали на город. Мужское население племени было предано смерти за их предательство.