ВЕДОМЫЙ ПО ПУТИ
  Мы можем проследить, что та же группа сподвижников не признала слов Пророка, сказанных при Кадыр-Куме, когда Али был провозглашен преемником Пророка и халифом для всех мусульман. Они просто ждали смерти Пророка, чтобы отвергнуть это распоряжение. И так называемый "совет под навесом", за которым последовали выборы Абу Бакра, был результатом этого иджтихада. Люди стали понемногу забывать слова Пророка о наследовании халифата, а эта группа овладела полным контролем над всеми делами. Они стали все толковать по своему усмотрению и даже оспаривали Книгу Аллаха, они нарушали границы и преступали законы. Трагедия с Фатимой аз-Захрой произошла сразу после трагедии с ее мужем, когда того не допустили к управлению халифатом. Затем последовала трагедия, связанная с выплатой закята: был дан приказ вопреки ясным текстам Корана и Сунны. Потом халифат унаследовал Умар, что также было неизбежным результатом иджтихада, потому что Абу Бакр в данной ситуации поступил по своему собственному усмотрению и не обратился за советом к шуре (консультативному совету), что он обычно делал во время своего правления. После того, как пришел Умар, ситуация ухудшилась еще больше: он позволял совершать то, что было запрещено Аллахом и Его Посланником(114) и запрещал то, что было дозволено(115).
Когда после Умара пришел Осман, он далеко продвинулся в своем иджтихаде, опередив в этой области обоих своих предшественников. Это продолжалось до тех пор, пока его новые установления не начали серьезно воздействовать на политическую и религиозную жизнь в целом. В итоге это привело к революции, и ему пришлось заплатить за свой иджтихад ценой собственной жизни.
Когда Имам Али взял дела халифата под свой надзор, он столкнулся с большими трудностями, пытаясь убедить людей вернуться к следованию чистой традиции Пророка и Святого Корана. Он старался сделать все возможное, чтобы очистить Ислам от нововведений, но некоторые люди громко возражали ему: "Осторожно! Так сказал Умар!"
Я убежден в том, что люди, сражавшиеся с Имамом Али, делали это из-за того, что он заставил их вернуться назад к следованию правильным святым текстам. Он уничтожил все новшества и вольные интерпретации, которые успели проникнуть в религию за последнюю четверть века. Но люди уже успели к ним привыкнуть, особенно жадные люди со своими прихотями и капризами, которые использовали богатство, полученное от Аллаха, в своих личных целях, и эксплуатировали простых людей, лишая их законных прав.
Мы постоянно сталкиваемся с тем, что самонадеянные персонажи склонны к иджтихаду, потому что это позволяет им заполучить то, что они хотят, а священные тексты становятся преградой на их пути и препятствуют достижению их целей.
И не важно, что такой иджтихад может иметь своих последователей среди простых людей в любое время и в любом месте просто потому, что это очень просто - совершать действия и не иметь твердых обязательств.
Следование святым текстам ограничивает свободу и налагает определенные обязательства, поэтому политики называют его теократией, что означает "власть Аллаха". Иджтихад же со своей свободой и минимумом обязательств они называют демократией, что означает "власть народа". Люди, собравшиеся под навесом после смерти Пророка (МЕИБ) решили упразднить теократическое правление, установленное Посланником Аллаха на основе коранических текстов, и заменить его на демократическое правительство, выбранное народом. Но сподвижники не знали слова "демократия", ведь это неарабское слово, зато они знали, что такое система шуры(116).
Те, кто в настоящее время не признают хадисы, относящиеся к унаследованию халифата, являются ретивыми сторонниками "демократической" линии, они утверждают, что Ислам первым принял демократическую модель, они поддерживают идею иджтихада и реформ, и сегодня их систему считают наиболее близкой к западной системе, вот почему западные правительства так хвалят их и называют их прогрессивными и умеренными мусульманами.
Шииты, поддерживающие теократию, или власть Бога, отвергают иджтихад, противоречащий святым текстам, они различают такие понятия как "Власть Аллаха" и "шура". И они не видят никакой возможности для диалога между шурой и святыми текстами, а их главной заботой является решение иджтихада и шуры в вопросах, не нашедших своего отражения в святых текстах.
Мы видим, что Аллах, хвала Ему, избрал Мухаммада Своим Посланником, но при этом Он сказал ему:
"...и советуйся с ними о делах"
(Святой Коран, 3: 159)
Что же касается выбора предводителя среди людей, Аллах сказал:
"Твой Господь [, Мухаммад] создает, что пожелает, и избирает [, кого пожелает], а у них нет выбора..."
(Святой Коран, 28: 68)
Когда шииты защищают право Али на наследование халифата, то по сути они следуют святым текстам, а когда они выражают недоверие некоторым сподвижникам, то они делают это по отношению к тем людям, которые поменяли местами священные тексты и иджтихад, лишившись таким образом правления Аллаха и Его Посланника, и нанеся Исламу такой ущерб, который до сих пор не компенсирован.
В результате мы имеем западных мыслителей, презирающих шиитов, называющих их религиозными фанатиками и реакционерами за то, что те хотят вернуться к Корану, согласно которому вору надлежит отрубить руку, а прелюбодеев побить камнями. К Корану, который призывает людей идти и сражаться на пути Аллаха. Все это, как они считают, есть ничто иное, как высокомерие и варварство.
В ходе моих исследований я начал понимать, почему определенные суннитские религиозные руководители закрыли врата иджтихада столь давно, во втором веке Хиджры. Возможно они предвидели последствия иджтихада для исламской нации - от маленьких несчастий до кровавых гражданских войн, они представляли, что из той нации, о которой Аллах сказал: "Вы - лучшая нация, когда-либо выходившая из людей", - она может превратиться в нацию воюющих фракций, где правит анархия, и которая неминуемо поворачивается обратно в сторону джахилии.
Шииты же продолжают иджтихад, в то время, как священные тексты остаются нетронутыми, и никто не может изменить их, им помогают в этом Двенадцать Имамов, которые унаследовали знание от своего деда, они часто говорили, что нет такого вопроса, на который не ответил бы Аллах, и который не прояснил бы Посланник Аллаха (МЕИБ).
Теперь мы понимает, что когда суннитские традиционалисты следовали за сподвижниками, которые занимались иджтихадом и препятствовали письменной фиксации Сунны Пророка, то они вынуждены были прибегать к методам персональной интерпретации из-за отсутствия соответствующих текстов: таких, как кыяс (аналогия), истишав (ассоциация) и т.д.
Мы понимаем также, что шииты ориентированы на Имама Али, как на своего главного учителя, Пророк назвал его "градом знаний", Имам Али говорил: "Спрашивайте меня обо всем, ибо Посланник Аллаха открыл передо мной тысячу [врат] к знаниям, каждые из которых открывают еще по тысяче"(117). Но никто из шиитов не брал себе в учителя ни Муавию, ни ибн Абу Суфиана, которые немного знали о наследии Пророка.
После смерти Имама Али мусульманами стал править предводитель неправедной партии. Руководствуясь своим собственным мнением, он подверг Ислам такой трансформации и нанес ему такой ущерб, как никто другой до него. Но суннитские традиционалисты называют его "записавшим откровение" и считают его выдающимся ученым в области интерпретации Ислама. Как могут они судить о нем таким образом, когда именно он отравил Хасана ибн Али, господина юношей Рая? Может, они скажут: "Это был один из аспектов его иджтихада, и он был неправильным!"
Как могут они оправдывать его иджтихад, когда он силой заставил народ присягнуть себе, а потом передал власть своему сыну Язиду, заменив таким образом выборную систему шуры на систему наследования?
Как могут они оправдывать его иджтихад и восхвалять его, когда именно он заставлял людей проклинать Али, Ахль уль-Бейт, всех потомков Пророка во всех мечетях так, что это стало обязательной традицией и продолжалось шестьдесят лет?
И как они могут называть его "записавшим откровение", если Пророк получал откровение в течение двадцати трех лет, а Муавия был язычником в течение первых одиннадцати из них, а затем, когда он принял Ислам, он не жил в Медине (ибо нет ни одного свидетельства, подтверждающего это), в то время, как Посланник Аллаха (МЕИБ) все это время жил в Медине, даже после завоевания Мекки? Так как Муавия мог осуществить то, что ему предписывается?
Смотрите! Нет власти, кроме как у Аллаха, Великого, Высочайшего!
Мы вновь возвращаемся к вопросу: кто же был прав, Али и его последователи или Муавия и его партия?
Посланник Аллаха (МЕИБ) разъяснил все вопросы, но некоторые их тех, кто претендуют называться последователями его Сунны, неправильно истолковали ее. Для меня стало очевидно, что те, кто защищают Муавию, могут быть только последователями Муавии и Омейядов, но не последователями Сунны Пророка. Если мы внимательно изучим их взгляды, то обнаружи м, что они ненавидят последователей Али, они отмечают день Ашуры как веселый праздник, они защищают тех сподвижников, которые причиняли боль Посланнику Аллаха в течение его жизни и наносили ему ущерб после смерти, они всегда исправляли их ошибки и оправдывали их поступки.
Как можно одновременно любить Али и Ахль уль-Бейт и благословлять их врагов и убийц? Как можно любить Аллаха и Его Посланника и одновременно защищать тех, кто изменил законы Аллаха и Его Посланника, истолковав их на свой лад?
Как можно уважать тех, кто не уважал Посланника Аллаха, порицал его и критиковал его правление?
Как можно следовать за религиозными вождями, назначенными омейядами и аббасидами по политическим мотивам, и покидать других предводителей Ислама, в то время, как Посланник Аллаха назвал их число(118) и имена(119)?
Как можно следовать за теми, кто не знал Пророка достаточно хорошо и забывать того, кто был "градом знаний", чьи отношения с Пророком были такими же, как отношения Харуна и Мусы?
Кто первым ввел термин "Ахль уль-Сунна и Джама' ат"? Я просмотрел ряд исторических книг и обнаружил, что год, когда Муавия захватил власть, был назван "Годом джама'ата". Он был так назван в связи с тем, что после смерти Османа исламская умма разделилась на две партии: сторонников Али и сторонников Муавии. Когда Имам Али мученически погиб, и Муавия захватил власть после договора с Имамом Хасаном, давшим ему возможность стать предводителем всех мусульман, год был назван "Джама'ат". Таким образом название "Ахль уль-Сунна и Джама'ат" означает принадлежность к традиции Муавии и согласие с его предводительством, но вовсе не означает принадлежность к последователям Посланника Аллаха.
Имамы и другие члены Ахль уль-Бейт, являющиеся потомками Посланника Аллаха, лучше кого-либо знают Сунну своего предка и то, какие обязательства она накладывает. Как говорится в пословице: "Мекканцы лучше чем кто-либо знают дороги своего города". Но мы встали в оппозицию к Двенадцати Имамам и последовали за их врагами. Вопреки тому, что нам известен хадис, в котором Посланник Аллаха упоминает двенадцать халифов, и все они из племени Курайш, мы всегда останавливаемся на четырех праведных халифах. Может нам следует считать и Муавию, назвавшего нас "Ахль уль-Сунна и Джама'ат", имея в виду всеобщее соглашение на основе его личной сунны, позволяющей проклинать Али и Ахль уль-Бейт? Это продолжалось шестьдесят лет, пока Умар ибн Абдул Азиз - да будет доволен им Аллах - не прекратил это. Некоторые историки сообщают нам, что омейяды сами сговорились убить Умара ибн Абдул Азиза, хотя он был одним их них, за то, что он уничтожил традицию проклятий Али ибн Абу Талиба.
О мой народ! Мы должны двигаться вперед, ведомые высочайшим Аллахом, в поисках истины, избавившись от слепых предрассудков. Ведь мы - жертвы аббасидов, жертвы темной истории и интеллектуальной нищеты, в которую мы были ввергнуты на долгое время. Несомненно мы стали жертвами хитрости и коварства таких людей, как Муавия, Амр ибн аль -Ас, Мугира ибн Ш'ба и других. Изучайте историю Ислама, чтобы постичь истину, и Аллах дважды вознаградит вас. Будем надеяться, что нам удастся объединить нашу умму, которая была разбита смертью Пророка и затем разделена на семьдесят три партии.
Давайте объединим наш народ под девизом: "Нет бога кроме Аллаха, и Мухаммада - Посланник Аллаха", следуя за Ахль уль-Бейт, ибо Посланник Аллаха приказал нам следовать за ними, сказав: "Не опережайте их, ибо тогда вы погибнете, и не отдаляйтесь от них, ибо тогда вы погибнете, и не поучайте их, ибо они знают больше вас"(120).
Если мы сделаем это, то Аллаха снимет с нас свой гнев и заменит наш страх на мир и спокойствие, он даст нам право управлять этой землей и явит перед нами своего друга Имама Махди, ведь Посланник Аллаха обещал нам, что когда к нам вновь придет Имам Махди, на земле воцарится мир и порядок, после того, как она была полна гнетом и несправедливостью... Так Аллах с его помощью завершает Свой свет в целом мире.


Приглашение друзьям присоединиться к исследованиям

Перемена стала началом духовного счастья, я почувствовал внутренний покой и великую радость от того, что мне открылся правильный путь, у меня не было сомнений, что это и есть истинный Ислам. Я ощущал восторг и гордость за самого себя, ведь Аллах наградил меня тем, что указал верный путь и повел по нему. Я не мог держать в секрете то, что происходило внутри меня, и я сказал себе: "Расскажи о той милости, которой наградил тебя Аллах", это - одна из величайших милостей Господа... нет, это самая великая Его милость в этом мире и мире будущем, а "тот, кто замалчивает правду, является немым бесом" и "вне правды есть только заблуждение".
Что убедило меня в необходимости распространить правду, так это невинность тех суннитов, которые любят Аллаха и Ахль уль-Бейт, и все, что надо сделать для них - это развеять туман, навеянный историей, и тогда они последуют верному пути, именно так произошло со мной.
Всевышний Аллах сказал:
"Раньше вы сами были с таком положении, но Аллах облагодетельствовал вас..."
(Святой Коран, 4: 94).
Однажды я пригласил четырех коллег по институту, двое из них преподавали религию, третий - арабский язык, а четвертый - исламскую философию. Ни один из них не был уроженцем Гафсы, они приехали из Туниса, Джаммала и Суса. Я пригласил их для исследования одной острой темы, заставив их поверить, что я сам не вполне уверен в некоторых аспектах этого вопроса, и нахожусь в состоянии сомнения и беспокойства. Коллеги приняли приглашение и решили зайти после работы. Сразу, как только они пришли, я предложил им прочесть книгу Шараф ад-Дина Мусави "Мураджа'ат", намекнув, что в этой книге говорится немало странных вещей об Исламе. Трое гостей проявили интерес к этой книге, четвертый же, преподаватель арабского, покинул нас буквально через четыре - пять минут, сказав: "Запад уже исследует Луну, а вы все еще изучаете исламский халифат".
В течение месяца мы закончили изучение данной работы, три моих друга были обращены на верный путь. Я же со своей стороны поддержал их, используя те знания, которые накопил за годы исследования. Во мне начало пробуждаться то чувство сладости, которое испытывает учитель, посвящающий ученика, я был полон счастливых надежд на будущее. Вскоре я пригласил друзей из Гафсы, которых знал по школе в мечети или по суфийскому ордену, а также некоторых своих увлеченных Исламом учеников. Прошел год, и, хвала Аллаху, число наших единомышленников возросло. Все мы - друзья Ахль уль-Бейт, мы друзья их друзей и враги их врагов, мы празднуем их праздники и скорбим в день Ашуры.
Два письма, посланные мной Сейиду аль-Ху'и Сейиду Мухаммаду Бакыру ас-Садру во время праздника Аль-Кадыр, принесли им весть о моем просветлении. Вскоре все узнали о моем обращении в шиизм, о том, то я призываю следовать Ахль уль-Бейт, и по стране поползли различные слухи и сплетни. Меня обвинили в том, что я - израильский шпион, чья деятельность направлена на то, чтобы расшатать религиозны устои общества, говорили, что я проклинаю сподвижников Пророка и планирую организацию беспорядков в обществе... В Тунисе я встретил двух друзей - Рашида Ганиши и Абдул Фаттаха Моро, которые резко осудили мои взгляды. Во время разговора, который проходил в доме Абдул Фаттаха, я высказался за то, что нам следует перечитать свои книги и пересмотреть историю. В качестве примера я привел Сахих аль-Бухари, где содержится масса такого материала, который трудно принять. Друзья были очень разгневаны и возразили мне:
- Кто ты такой, чтобы критиковать Бухари?
Я приложил все усилия, чтобы убедить их углубиться в исследование данного предмета, он они наотрез отказались, сказав:
- Если ты стал шиитом, это твое личное дело. Но не старайся обратить и нас. Мы имеем более серьезную задачу - противостоять правительству, которое не работает согласно Исламу.
- А какой в это смысл? Если вы придете к власти, то наделаете еще больше ошибок, потому что вы не знаете истинного Ислама.
В итоге мы разошлись, испытывая глубокое взаимное отвращение.
Некоторые активисты движения "Братья мусульмане" развернули против нас целую кампанию. Лишенные правдивой информации, они распустили обо мне слух, что, якобы, я являюсь правительственным агентом, сеющим сомнения у людей относительно их религии и отвлекающим мусульман от их главной задачи - борьбы с режимом.
Но Аллах, хвала Ему, изменил наше положение к лучшему, много молодых людей из разных городов приезжали к нам, чтобы узнать истину, и я сделал все возможное, чтобы их убедить. В результате многие молодые люди смогли увидеть свет, они приехали из Туниса, Кайруана, Суса, и Сиди-Бу-Зайда. Во время моего летнего визита в Ирак я проехал через Европу и встретил там друзей из Франции и Голландии. Мы провели беседу, после чего они, хвала Аллаху, также были обращены на истинный путь.
Я был в восторге, что снова смог увидеть Сейида Мухаммада Садра в его доме в Святом Неджефе. Как всегда его окружали ученые алимы, которым он меня представил как тунисского шиита. Сейид рассказал им о том, как он расплакался, получив мое первое письмо, где я сообщал, что мы отмечаем праздник Аль-Кадыр, и жаловался на трудности, с которыми нам пришлось столкнуться, включая злые слухи и изоляцию.
Сейид сказал, что те трудности, через которые нам приходится проходить, неминуемы, ведь путь Ахль уль-Бейт - это тяжелейший путь. Однажды к Пророку (МЕИБ) пришел один человек и сказал ему: "О Посланник Аллаха, я люблю тебя". Тот ответил: "Тогда тебя ждут многие беды". Человек добавил: "Я люблю твоего двоюродного брата Али". Пророк ответил: "Тогда у тебя будет много врагов". Человек продолжал: "Я люблю Хасана и Хусейна". Пророк ответил: "Тогда будь готов к бедности и печали". Это то, чем мы жертвуем ради справедливости, за которую Абу Абдаллах аль-Хусейн (Мир ему) поплатится своей жизнью и жизнью своих близких и родственников. На протяжении всей истории Ислама шииты расплачивались и расплачиваются по сей день за свою преданность Ахль уль-Бейт. Нам неизбежно приходится сталкиваться с различными трудностями и приносить некоторые жертвы ради победы справедливости. Но если Аллах поможет в обращении хотя бы одного человека, это будет дороже всех богатств на земле.
Сейид Садр посоветовал мне не дистанцироваться от суннитов и даже приказал сближаться с ними, вопреки их стремлению держаться от меня подальше. Он рекомендовал мне молиться позади них, так, чтобы избежать разрыва в отношениях, и относиться к ним, как к невинным жертвам искаженной истории и враждебной пропаганды, ведь люди всегда враждебно относятся к тому, чего не знают.
Сейид аль-Ху'и также дал мне аналогичные советы, а Сейид Мухаммад Али Табатабаи аль-Хаким прислал нам несколько писем, полных важными советами, которые сильно помогли новообращенным братьям.
Мои визиты в Святой город Неджеф и посещение живущих там алимов стали более частыми, я пообещал сам себе проводить все летние каникулы возле мавзолея Имама Али и посещать лекции Сейида Мухаммада Бакыра Садра, которые оказались весьма ценными для меня. Я также пообещал себе посетить могилы всех Двенадцати Имамов, и Аллах помог мне в осуществлении этой мечты, мне удалось даже посетить могилу Имама Ризы, расположенную в Мешхеде на границе СССР и Ирана. Там я повстречал некоторых наиболее выдающихся алимов, у которых многому научился.
Сейид аль-Ху'и, которому мы следовали как своему руководителю во всех наших религиозных делах, разрешил мне использовать хумс и закят в интересах нашей новообращенной группы для обеспечения ее членов книгами, субсидиями и всем необходимым. Мне удалось также основать небольшую библиотеку, где содержались необходимые источники, как суннитские, так и шиитские, на которые я ссылался в своих исследованиях. Я назвал ее "Библиотека Ахль уль-Бейт", и она, хвала Аллаху, принесла немало пользы многим людям.
Пятнадцать лет назад Аллах удвоил мою радость, когда чиновник из городского совета Гафсы согласился переименовать улицу, на которой я живу, в улицу "Имама Али" (Мир ему). Я бы хотел использовать данную возможность, чтобы еще раз отблагодарить его за этот благородный жест, этот человек является одним из самых прилежных мусульман, и сердце его полно любви и уважения в Имаму Али. Я подарил ему "Мураджа'ат" Шараф ад-Дина. Наша группа и он всегда относились друг к другу с большим уважением и симпатией, так пусть Аллах вознаградит его и исполнит все его желания.
Нашлись некоторые злые люди, которые захотели вернуть улице ее старое название, но все их попытки оказались тщетными. Аллах пожелал, чтобы название сохранилось, и теперь мы получаем письма со всего мира, на которых стоит имя Имама Али, его благородное имя освятило наш добрый город.
Согласно совету представителей Ахль уль-Бейт и ученых алимов из святого города Неджефа мы настояли на сближении с нашими братьями из других мазхабов и установили отношения с джама'атом, принимая участие в совместных молитвах. Люди стали спрашивать нас об особенностях нашей веры, о том, как мы молимся, делаем омовение и т.д.


Ведомые истиной

В небольшом селе на юге Туниса во время свадебного торжества произошел следующий инцидент. Среди гостей сидела одна пожилая женщина, которая сильно удивилась, услышав разговор о супружеской паре. Когда ее спросили, в чем дело, она рассказала, что была кормилицей обоих, когда они еще были детьми. Женщины быстро донесли новость до своих мужей, и те стали выяснять так ли это на самом деле. Отец жены засвидетельствовал, что эта пожилая особа действительно в свое время была кормилицей его дочери, отец же мужа также подтвердил, что эта женщина вскармливала его сына.
Новость вызвала неизбежное волнение в обоих кланах, люди стали упрекать друг друга и искать виноватого в трагедии, принесшей проклятие Аллаха на их головы. Ситуация осложнялась тем, что эта пара вступила в брак десять лет назад, у них уже родилось трое детей. Как только женщина услышала новость, она немедленно убежала в дом своего отца, где полностью отказалась от еды и питья и даже пыталась покончить с собой, до такой степени ее шокировало известие о том, что десять лет она прожила с собственным братом и родила от него троих детей, не зная истинного положения дел.
В результате столкновений двух кланов было ранено множество людей, и это продолжалось до тех пор, пока не вмешался один умный шейх, который посоветовал им обратиться к ученым алимам и спросить их мнение по поводу данного инцидента. Может быть они помогут прийти к какому-нибудь соглашению.
Группа людей, имеющих непосредственное отношение к делу, отправилась в путешествие по большим городам, и стала объезжать там всех известных алимов в надежде, что кто-нибудь поможет им разрешить возникшую проблему. Однако, всякий раз, когда они объясняли суть вопроса и просили совета, алимы отвечали им, что данный брак является недействительным, супругам следует разойтись навсегда, и помимо этого им следует освободить раба или соблюдать пост два месяца и т.д.
Так получилось, что они приехали в Гафсу и обратились к местным алимам. Ответ был все тот же, потому что в маликитском мазхабе мужчина и женщина не могут пожениться, даже если они получили одну каплю молока от одной и той же кормилицы. Этот запрет исходит из того, что Имам Малик в данном вопросе рассматривал молоко с той же позиции, что и алкоголь, он говорил: "Если большое количество чего-либо, что делает тебя пьяным, запрещено, то и малое количество этого продукта также запрещено". Следовательно, брак между мужчиной и женщиной, которые получили одну каплю молока от одной кормилицы, должен быть запрещен. Один человек, присутствующий при разбирательстве, конфиденциально посоветовал им пойти ко мне, он сказал:
- Посоветуйтесь с Тиджани о своих проблемах. Он знает все мазхабы и я часто был свидетелем его споров с этими алимами, когда он с неопровержимой логикой разбивал все их доводы.
Все это рассказал мне муж бедной женщины, когда я провел его в библиотеку. Он в деталях изложил всю историю и сказал мне:
- Господин, моя жена хочет покончить с собой, о наших мальчиках никто не заботится, мы не знаем, как поступить, и люди посоветовали нам обратиться к вам в надежде, что может быть у вас есть спасительный ответ. Тем более, что у вас столько книг, я никогда не видел их в таком количестве.
Я принес ему кофе и задумался на некоторое время, а потом спросил его, сколько раз его кормила эта кормилица. Он ответил:
- Я не знаю точно, но мою жену она кормила два или три раза, ее отец свидетельствовал, что он давал дочь этой кормилице два или три раза.
- Если это действительно так, - сказал я, - то у вас нет никаких проблем, ваш брак действителен и вполне законен.
Бедный человек припал ко мне, целуя мои руки и голову, со словами:
- Пусть Аллах принесет вам добрую весть, ведь вы раскрыли для меня врата мира.
Не допив свой кофе и не спросив у меня о ссылках на какие-либо авторитетные источники, он попросил разрешения покинуть мой дом и поспешил к своей жене, детям и остальным родственникам, чтобы поскорее сообщить им счастливую новость.
Но на следующий день он вернулся и привел с собой семь человек. Он представил мне их, сказав:
- Это мой отец, это мой тесть, третий - мэр нашего села, четвертый - имам Пятничной мечети, пятый - советник по религиозным делам, шестой - глава нашего клана, а седьмой - директор школы. Все они пришли, чтобы выяснить случай с кормилицей и узнать, почему вы решили, что наш брак может считаться действительным.
Я провел всю делегацию в библиотеку и предложил им кофе, предвидя, что наш спор затянется надолго.
Они сказали:
- Мы пришли обсудить с вами, как вы собираетесь легализовать брак мужчины и женщины, вскормленных одной кормилицей. Такой брак запрещен Аллахом в Коране, а также Его Посланником, который сказал, что брак между мужчиной и женщиной, вскормленных одной кормилицей, запрещен также, как брак между родственниками (братом и сестрой). Имам Малик также запретил это.
- Господа, - ответ я, - вас восемь человек, а я один. Я не смогу убедить вас всех, и наша дискуссия может потерять смысл. Я предлагаю выбрать одного из вас, мы с ним будем обсуждать данный предмет, а вы будете нашими судьями.
Им понравилась моя идея, и они выбрали религиозного советника, как наиболее знающего и способного из всех. Мой собеседник начал спор с вопроса о том, как могу я разрешать то, что запрещено Аллахом, Его Посланником и всеми Имамами.
Я ответил:
- Прости Господи, я никогда не делал подобных вещей. Но Аллах запретил такой брак, лишь вкратце упомянув об этом в одном аяте, не вдаваясь в детали, Он предоставил Своему Посланнику дальнейшее разъяснение этого вопроса.
Он сказал:
- Имам Малик запретил брак, если данной паре дали хотя бы по одной капле молока от одной кормилицы.
- Я знаю об этом, - ответил я. - Но Имам Малик не является абсолютным авторитетом для всех мусульман. А что вы скажете по поводу мнения других Имамов?"
- Да будет доволен ими Аллах, все они следуют по пути Посланника Аллаха.
- Что же тогда заставляет вас следовать за Имамом Маликом, который противоречит словам Посланника Аллаха (МЕИБ)?
Его ошеломило такое заявление и он ответил:
- Да простит меня Бог, я никогда не слышал о том, чтобы Имам Малик противоречил слова Пророка.
Все присутствующие были также озадачены и изумлены такой вызывающей критикой Имама Малика, ничего подобного они никогда раньше не слышали. Я продолжал, спросив его:
- Был ли Имам Малик сподвижником Пророка?
- Нет.
- Был ли он одним из его последователей?
- Нет, но он следовал за ранними последователями Пророка.
- Кто был ближе к Пророку: он или Имам Али ибн Абу Талиб?
- Имам Али ибн Абу Талиб был одним из праведных халифов.
Один из гостей добавил:
- Наш господин Али был "вратами в град знаний".
- Так почему, - спросил я, - вы оставили "врата в град знаний" и последовали за человеком, который не был ни сподвижником Пророка, ни его последователем, он родился после гражданской войны, после того, как Мекка была захвачена войсками Язида, убившего лучших сподвижников, поправшего все стороны человеческой морали и превратившего традицию Посланника в самодельную еретическую доктрину. Как человек может доверять таким имамам, которые угождали властям, проповедуя религию в согласии с их политикой?
В спор включился другой гость:
- Мы слышали, что вы шиит и поклоняетесь Имаму Али.
Его товарищ, сидевший рядом с ним, толкнул его и сказал:
- Тише, тебе не стыдно говорить такие веши столь ученому человеку? Я встречал немало образованных людей, но ни у одного из них не было такой огромной библиотеки. Кроме того, аргументы этого человека основываются на знаниях и похоже, что он знает, что говорит.
- Да, - ответил я, - это правда, я шиит, но шииты не поклоняются Имаму Али, просто вместо того, чтобы следовать за Имамом Маликом, они следуют за Имамом Али, потому что он - "врата в град знаний", как вы только что сказали.
Религиозный советник сказал:
- Так что, Имам Али разрешил жениться людям, у которых была одна кормилица?
Я ответил:
- Нет, он запрещал это в том случае, если они оба были у этой кормилицы полный срок или достаточное количество раз, чтобы это повлияло на формирование их плоти и костей.
Отец женщины был счастлив, услащав мои слова, его лицо просияло и он воскликнул:
- Хвала Аллаху! Эта пожилая женщина кормила мою дочь только два или три раза. Слова Имама Али решают наше затруднение, милость Аллаха снизошла на нас, когда мы уже потеряли надежду.
Религиозный советник сказал:
- Дайте нам аутентичную ссылку на это высказывание, чтобы мы были абсолютно уверены и удовлетворены.
Я дал ему книгу Сейида Ху'и "Минхадж ас-Салихин", и он прочел вслух главу относительно кормления и всего, что с этим связано.
Гости были очень довольны, особенно муж, который очень боялся, что у меня может не оказаться надежной ссылки. Они попросили одолжить им книгу, чтобы взять ее с собой в село и использовать как подтверждение их доводов. Я дал им книгу, и они удалились с извинениями и благодарностью.
Как только они покинули мой дом, им сразу встретился один злой человек. Он тут же познакомил их с несколькими околорелигиозными деятелями, не отличающимися особой добропорядочностью. Эти деятели обрушились на них с предостережениями, что я "израильский агент", что книга, которую я им дал, сплошная ложь, что в Ираке живут богохульники и лицемеры, что шииты разрешают брак между братом и сестрой, и поэтому я разрешил этому человеку продолжить жизнь в браке со своей "молочной сестрой". В заключение они стали убеждать этих людей изменить свое решение и заставить мужа предпринять официальные шаги по разводу в Магистральном суде Гафсы. Судья попросил их поехать в Тунис и обратиться к муфтию республики, потому что только он может решить данный вопрос. Муж отправился в столицу и прождал там целый месяц, пока не получил возможность встретиться с муфтием.
Во время аудиенции этот человек в деталях изложил свой вопрос, и муфтий спросил его, кто из религиозных ученых признал его брак как действительный и легальный. Муж ответил, что никто, кроме Тиджани Самави. Муфтий записал мое имя и сказал ему: "Возвращайтесь в свое село. Я напишу ответ судье в Гафсе".
Вскоре в Гафсу пришло письмо из Туниса, адвокат мужа прочел его и обнаружил, что по постановлению муфтия брак является недействительным.
Муж, который к тому времени выглядел очень усталым и изнуренным, наконец узнал от адвоката о содержании письма. Он пришел ко мне с извинениями за все неудобства, которые он мне причинил.
Я поблагодарил его за теплые чувства в мой адрес и удивился решению муфтия, посчитавшему данный брак недействительным. Я попросил его принести письмо муфтия в Магистральный суд Гафсы, чтобы я мог опубликовать его в тунисской прессе и показать, что муфтий республики на самом деле не достаточно хорошо знает законы четыре мусульманских мазхабов и не понимает юридической разницы между ними в отношении брака между молочными братьями и сестрами.
Но муж сказал, что он сам не видел своего дела и поэтому не может принести его мне, вскоре он ушел.
Несколькими днями позже я получил приглашение от судьи, в котором он просил меня принести книги и другие доказательства, позволяющие брак между молочными братьями и сестрами. Я выбрал несколько ссылок и приготовил отрывки относительно данного вопроса таким образом, чтобы быстро использовать эти свидетельства.
В назначенное время я вошел в здание суда и служащий проводил меня к судье. К моему удивлению, я увидел там Окружного судью, Республиканского прокурора и еще трех судей. Я заметил, что все они были облачены по всей форме, как если бы в данный момент проходило судебное заседание. Я заметил также, что в конце зала лицом к судьям сидел муж.
Я поздоровался со всеми, но они смотрели на меня с презрением, и когда я сел, Главный судья спросил меня:
- Вы Тиджани Самави?
- Да, - ответил я.
- Так это вы вершили суд и признали законным брак в данной ситуации?
- Нет, я не вершил суд, это сделали Имамы и мусульманские алимы, признав данный брак законным и действительным.
- Вот поэтому мы и вызвали вас, и теперь вы находитесь на скамье подсудимых. Если вы не сможете подтвердить свои заявления соответствующими доказательствами, мы пошлем вас в тюрьму, и вы уже не выйдете отсюда как свободный человек.
Я понял, что действительно нахожусь на скамье подсудимых. И не только из-за того, что я вынес решение по этому конкретному делу, причина была более глубокая: некоторые враждебные алимы рассказали судье, что я создаю большие проблемы для общества, ругаю сподвижников и веду пропаганду за Ахль уль-Бейт. Судья велел им привести двух свидетелей против меня, чтобы у него были основания посадить меня в тюрьму.
Кроме этого, "Братья мусульмане" воспользовались данным случаем, чтобы распространить слух о том, что я якобы узаконил брак между братом и сестрой, и что это соответствует шиитской доктрине!
Все это стало абсолютно очевидным для меня, когда судья пригрозил мне тюрьмой, и мне не оставалось ничего другого, как со свей храбростью принять вызов и сразиться с ним, чтобы защитить самого себя.
- Могу ли я говорить открыто и смело?, - спросил я.
- Да, ведь у вас не адвоката.
Тогда я начал свою оправдательную речь:
- Прежде всего, я должен заявить, что я не брал на себя ответственность выноса судебного решения, здесь присутствует муж, спросите его, как было дело. Он пришел ко мне в дом и спросил совета, и это был мой долг поделиться с ним той информацией, которую я имел. Я спросил его, сколько раз его жену кормила эта кормилица, и когда он ответил, что только два или три раза, я дал ему ответ, соответствующий исламскому закону. Я не пытался ни интерпретировать Ислам, ни, тем более, заниматься законотворчеством.
Судья перебил меня:
- Вот так сюрприз! Так по вашему выходит, что вы знаете Ислам, а мы не знаем!
- Боже упаси! Конечно, я не имел это в виду. Но всем здесь известно, что мы живем по маликитскому мазхабу. И все, что я сделал, это изучил толкование данного вопроса по другим мазхабам и нашел решение для данного случая.
Главный судья спросил:
- И где же вы нашли это решение?
- Господин судья, позвольте мне сначала задать вам один вопрос.
- Спрашивайте, что хотите.
- Что бы вы сказали о мусульманских мазхабах?
- Все они являются правильными, все следуют учению Посланника Аллаха, и расхождения между ними не являются принципиальными, в этих вопросах возможно снисхождение.
- Хорошо, тогда будьте снисходительны к этому несчастному человеку, который вот уже два месяца оторван от своей жены и детей, ведь один из мазхабов позволяет решить его проблему.
Судья рассержено перебил меня:
- Представьте ваши доказательства и перестаньте пороть всякую чепуху. Мы разрешили вам защищать самого себя, а вы уже берете на себя функцию адвоката другого человека.
Я достал из портфеля книгу Сейида Ху'и "Минхадж ас-салихин" и сказал:
- Это мазхаб Ахль уль-Бейт, и здесь есть абсолютное доказательство.
Он резко прервал меня:
- Забудьте о мазхабе Ахль уль-Бейт, мы не знаем его не верим в него.
Я ожидал такого ответа, поэтому после некоторых поисков я нашел у себя несколько ссылок из суннитских источников и классифицировал их согласно приобретенному опыту. В первую очередь я достал Сахих аль-Бухари, потом Сахих аль-Муслим, затем "Фатава" Махмуда Шалтута, затем "Бидаят аль-муджтахид ва нихаях аль-муктазид" Ибн Рушда, затем "Зад аль-масир фи ыльм аль-тафсир" Ибн Джаузи и еще несколько суннитских книг.
Когда судья отказался даже взглянуть на книгу Сейида Ху'и, я спросил его, каким книгам он доверяет.
- Бухари и Муслиму, - ответил он.
Я взял Сахих аль-Бухари, открыл в нужном месте и предложил ему:
- Вот, пожалуйста, прочтите.
- Вы прочтите.
Я начал читать:
- Тот-то и тот-то передают нам, что Айша, мать правоверных, рассказывала, что при жизни Посланника Аллаха (МЕИБ) он запрещал брак между мужчиной и женщиной, если одна и та же кормилица кормила их больше чем пять раз.
Главный судья взял у меня книгу, прочел сам, затем передал Республиканскому прокурору, который также прочел хадис, а затем передал книгу другим судьям. Тем временем я показал Главному судье тот же хадис у Муслима, потом открыл "Фатава", написанную шейхом из аль-Азхара Шалтутом, который рассматривал различия в толковании Имамами данного вопроса: некоторые из низ запрещали брак, если молоко одной и той же кормилицы было дано более пятнадцати раз, другие называли цифру семь или даже пять, исключение составлял только Имам Малик, который противоречил тексту Пророка и запрещал подобные браки в принципе, даже если речь шла о единственной капле молока от одной кормилицы. Шалтут добавлял: "Я склонен к среднему числу и мое мнение - семь или более раз".
Просмотрев все эти тексты, Главный судья обратился к мужу и сказал ему:
- Идите и приведите вашего тестя, пусть он засвидетельствует, что эта кормилица кормила его дочь два или три раза, и тогда мы можете соединиться со своей женой сегодня же.
Бедный человек был в восторге. Республиканский прокурор и остальные судьи извинились и покинули зал заседаний, и мы остались вдвоем с Главным судьей. Он извинился передо мной и сказал:
- Простите меня. Мне сообщили о вас неверную информацию, теперь я понимаю, что она пришла от необъективных и завистливых людей, которые хотели причинить вам вред.
Мне было крайне приятно слышать о такой быстрой перемене отношения и я сказал:
- О, господин судья, хвала Аллаху, который дал мне возможность одержать эту победу.
- Я слышал, - продолжал судья, - что у вас большая библиотека, нет ли у вас книги "Аль-хаят аль-хаяван аль-кубра" Дамири?
- Есть, - ответил я.
- Не могли бы вы мне ее одолжить, я ищу эту книгу вот уже два года.
- Книга в вашем распоряжении, господин судья, в любое время, - ответил я.
- А не найдется ли у вас времени зайти как-нибудь ко мне в библиотеку, чтобы мы могли побеседовать. Я надеюсь, что такая беседа была бы для меня полезной.
- Боже упаси, - воскликнул я, - это для меня она могла бы быть полезной. Вы старше меня и по положению и по возрасту. У меня четыре свободных дня в неделю, и в эти дни я к вашим услугам.
Мы договорились встречаться каждую субботу, потому что в этот день у него не было судебных заседаний. Потом он попросил у меня оставить Сахих аль-Бухари, Сахих Муслим, и "Фатава" Махмуда Шалтута, чтобы снять копии тех страниц, которые имели отношение с данному делу. Затем он поднялся и проводил меня к выходу.
Я вышел весь переполненный радостью и благодарностью Аллаху, с чьей помощью я одержал эту моральную победу. Я входил с здание суда с чувством страха, как человек, которому грозит тюрьма, а вышел совсем в другом качестве - Главный судья стал моим другом, он просил меня о встрече, надеясь почерпнуть от меня новые знания. Это милость, которая дана тому, кто избрал путь Ахль уль-Бейт. Этот путь не дает погибнуть тому, кто следует по нему, и спасает всякого, кто вступает на него.
Муж рассказал о случившемся жителям своего села, и новость распространилась по соседним селам, женщина вернулась в дом к мужу, инцидент был исчерпан, и брак признан действительным. Люди стали поговаривать, что я - самый знающий человек, даже более знающий, чем муфтий республики.
Счастливый муж приехал ко мне домой на большой машине и пригласил меня вместе с семьей в свое село, он сказал, что люди ждут меня, они собираются разрезать трех телят в честь такой оказии. Я не мог в тот момент принять приглашение, будучи занят в Гафсе, поэтому извинился перед ним и пообещал, что, если захочет Аллах, я приеду к нему как-нибудь в другой раз.
Главный судья также рассказал об этом случае своим друзьям, и история стала довольно известной. Так Аллах победил хитрость и коварство злых людей, некоторые из них приходили извиняться, некоторые были озарены Аллахом и стали на истинный путь. Поистине, это милость Аллаха, Он дает ее кому пожелает. Аллах - Самый Милостливый!
Нам остается только сказать: "Благодарение Аллаху, Господину миров, да благословит Аллах нашего господина Мухаммада и Людей его Дома".